Наступит ли для Запада полный CRINK?

Союзники поневоле

Аббревиатура CRINK (Китай, Россия, Иран, Северная Корея) была придумана в 2003 году президентом Международного форума по безопасности Питером Ван Праагом в качестве страшилки для западного мира. При этом под CRINK подразумевается объединение стран, в котором, по мнению автора, «зарождаются стратегические вызовы для глобальных демократий».

И список претензий к деятельности CRINK достаточно объёмный. Считается, что Китай, Россия, Иран и КНДР поставляют друг другу оружие и энергоресурсы, чтобы избежать санкций, введённых Западом на фоне конфликтов на Украине, Ближнем Востоке и в Африке. Западные аналитики утверждают: РФ и Китай активно сотрудничают в военно-промышленной сфере. При этом считается, что Китай с февраля 2022 года наладил «беспрецедентную торговую поддержку России» - не только закупает от 25% до 30% всех российских энергоресурсов, но и обеспечивает потоки подсанкционных товаров, поступающих в РФ.

Хотя Китай отрицает факт любых поставок оружия в зону конфликта, на Западе Пекин обвиняют в поставках важнейших компонентов для российской оборонки. По разным оценкам, около 70% российских станков и 90% импорта микроэлектроники приходится именно на КНР. Кроме того, западные аналитики утверждают, будто Пекин ежемесячно экспортирует в Россию товары двойного назначения на сумму более 300 миллионов долларов, а в 2024 году двусторонняя торговля между Китаем и РФ достигла рекордного уровня, что свидетельствует о «растущей экономической взаимозависимости между странами».

Ну а Иран, по мнению Запада, сыграл важную роль в ходе СВО, ещё в 2022 году начав поставлять в Россию беспилотники, которых тогда не было в достаточном количестве на вооружении армии РФ. Правда, со временем Россия не только успешно освоила иранские БПЛА-технологии, но и серьёзно их усовершенствовала. Взамен Москва укрепила системами ПВО воздушную оборону Ирана. Значительное участие в этом принял и Китай.

Что касается Северной Кореи, то Пхеньян, как известно и без западных экспертов, давно и эффективно взаимодействует с Китаем. Оба режима понимают, что их геополитическое благополучие во многом зависит от способности противостоять давлению извне. КНДР давно получает от Китая как политическую поддержку, так и экономическую подпитку: от торговли до поставок промышленных технологий. Так что для Ким Чен Ына отношения с Китаем - это, кроме всего прочего, гарантия, что страна не окажется в абсолютной изоляции. А для Си Цзиньпина КНДР - стратегический ресурс, позволяющий «держать в тонусе» Южную Корею, Японию и даже США. Особенно после того, как северокорейские ракеты получили возможность долетать до американского побережья.

В последние годы Северная Корея наладила взаимовыгодные связи и с Россией. Уже после начала СВО Москва и Пхеньян обменялись государственными визитами, в ходе которых страны заключили Соглашение о стратегическом партнёрстве. В контексте достигнутых договорённостей Северная Корея, что уже не секрет, поставила России большое количество снарядов, годами лежавших на военных складах, а также те образцы военной техники, которых нашей армии не хватало на поле боя.

Также несколько десятков тысяч военных из Северной Кореи воевали в Курской области, помогая России изгнать ВСУ со своей территории. В обмен КНДР, долгие годы находящаяся под санкциями ООН, получила от РФ значительное количество энергоресурсов и продовольствия. При этом, отмечает руководитель петербургского Центра изучения Дальнего Востока Кирилл Котков, никто из дипломатов стран CRINK никогда не заявлял, что между этими странами вообще существует какой-либо военно-политический союз. И нет ни одного документа, который бы обозначил нечто, хоть отдалённо напоминающее Антанту или НАТО.

По мнению Коткова, CRINK, который на Западе в пропагандистских целях нарекли военно-политической «осью зла», существует лишь в «воспалённом воображении самого Запада» - с целью припугнуть своё население новой «коллективной угрозой» со стороны так называемых государств-изгоев. При этом существует ряд обстоятельств, мешающих четырём странам, вынужденным бросить вызов западному миру, на практике создать полноценный союз.

Объединяя усилия

По словам экспертов, главное, что препятствует полноценной реализации проекта CRINK, - это малопредсказуемая, порой ситуативная внешняя политика потенциальных участников, чем грешила и вчерашняя Россия. Если помните, относительно недавно Москва на полном серьёзе выдвигала проект «Большой Европы от Лиссабона до Владивостока» и даже была не против вступить в НАТО. При этом Россия была достаточно плотно интегрирована в западную экономику - в основном, в качестве «сырьевого придатка» и годами прилежно соблюдала санкции ООН, введённые против той же Северной Кореи или Ирана. Эти времена, можно сказать, прошли, но осадок пока что остаётся…

Но и это не всё. Для заключения с потенциальными партнёрами возможного союза по типу CRINK России неплохо было бы поработать над формированием проекта собственного привлекательного будущего. «Ориентир на "приверженность традиционным ценностям" в глазах государств-партнёров - нечто само собой разумеющееся. Как идея дальнейшего позитивного развития страны подходит только отчасти, но она не универсальна. Необходимо внятное видение своего будущего развития и соответствующая расстановка акцентов. «Для эффективного взаимодействия в рамках союза мало предложить партнёрам только энергоресурсы или военные технологии», - считает Котков.

Возможные союзники РФ по CRINK внимательно следят и за ходом СВО. Начальный этап спецоперации вряд ли произвёл на них позитивное впечатление с учётом двух «отходов на улучшенные позиции» - в Харьковской и Херсонской областях в 2022 году, а также мятежа «вагнеровцев» в 2023-м, о котором вряд ли скоро забудут. Окончательно перевернуть не слишком приятные страницы недавнего фронтового прошлого можно будет только в том случае, если наступление Российской армии продолжится, а заявленные цели специальной военной операции будут достигнуты.

Достаточно важный момент заключается ещё и в том, что государства, которые западные аналитики объединили под аббревиатурой CRINK, сами по себе достаточно разные. Например, Иран, который после Исламской революции значительно шагнул вперёд, из-за чрезмерной ориентации на «традиционные исламские ценности», а также после десятилетий жизни под жёсткими санкциями, назвать в полном смысле современным государством, наверное, всё-таки сложно. Уровень жизни в стране невысок, а её технологическое развитие не соответствует современным требованиям, за исключением оборонной и атомной отраслей, которые, кстати, развивались не без участия России и Китая. Пожалуй, именно эта поддержка позволила Тегерану выстоять в двенадцатидневной ракетно-дроновой войне с Израилем и США.

Но если бы это были единственные проблемы Ирана. Помимо Израиля и США, у официального Тегерана есть ещё один заклятый враг - пятая колонна. Судя по реакции иранских соцсетей, после нападения Израиля в Исламской Республике заметно воодушевилась прозападная интеллигенция в надежде, что сложившаяся ситуация позволит свергнуть режим аятолл. Не исключено, что так бы оно и случилось, если бы военные успехи Тель-Авива и Вашингтона оказались более внушительными. Тем не менее Израилю и США всё-таки удалось ослабить созданную Тегераном «ось шиитского сопротивления» в Ливане, Сирии, Йемене, Палестине и в секторе Газа.

Таким образом, Иран в силу его неустойчивой внутри- и внешнеполитической ситуации пока что вряд ли можно считать абсолютно надёжным союзником. Если режим аятолл рухнет, все заключённые с ним договорённости, скорее всего, «повиснут в воздухе». На такое развитие событий намекает и то, что США в последнее время активно стягивают военные силы на Ближний Восток.

Главное препятствие, которое мешает Пекину легально присоединиться к военно-политическому союзу наподобие CRINK или даже возглавить его, - это его глубокая интеграция в глобальную западную экономику. КНР, несмотря на санкции и ограничения, введённые США и Европой при Байдене и Трампе, продолжает оставаться «главной мировой фабрикой». Взаимный товарооборот Китая с США за 2024 год год составил 688 млрд долларов, с Евросоюзом - 785 миллиардов. При этом объём торговли Китая и России в 2024 году, несмотря на положительную динамику, оценивается в 244,8 млрд долларов - примерно 3,75% всего объёма внешней торговли Поднебесной, наторговавшей на мировом рынке порядка 6 трлн долларов. И равноценной замены ему у Запада нет.

Но в Пекине прекрасно понимают: когда коллективный Запад разберётся с остальными своими противниками (если это, конечно, произойдёт), очередь в обязательном порядке дойдёт и до КНР. Поэтому сейчас Китай целенаправленно готовится к возможному противостоянию с Западом, в том числе наращивая и военную мощь, поскольку очевидно, что экономической войной дело явно не ограничится.

Но при этом в Китае, насколько можно судить, прежде всего рассчитывают на собственные силы. Например, китайская отрасль беспилотной авиации уже сейчас является абсолютным лидером в мире, а в составе НОАК уже есть истребители пятого поколения. И не только. Не так давно в Сети появилось видео, подтверждающее, что в Пекине с успехом разрабатывают ударный самолет 6-го поколения.

Но вряд ли Китай сломя голову полезет на рожон. По тому, как Пекин балансирует между двумя полюсами, можно сделать вывод: главная цель родины Лао-цзы - максимально оттянуть открытый конфликт с глобальным Западом. И в этом плане российская спецоперация на Украине - прекрасная возможность для Китая, оставаясь в тени, собирать силы в кулак. А также шанс увидеть в действии основные системы вооружений НАТО, которые в будущем могут быть применены против НОАК. А Россию в Китае сегодня прежде всего рассматривают в качестве «крепкого тыла» - чтобы не быть со всех сторон окружённым только недругами.

Перечитывая Черномырдина

Весьма вероятно, что западные аналитики поспешили объявить CRINK уже сложившимся военно-политическим союзом. С другой стороны, Россия, Китай, Иран и Северная Корея действительно имеют определённые точки соприкосновения. И тут самое время вспомнить незабвенного Виктора Степановича Черномырдина с его «Хотели как лучше, а получилось как всегда».

Уже не важно, в каком статусе рассматривал Запад постперестроечную Россию - как геополитическую колонию или как сырьевой придаток. После 1991 года дело казалось уже решённым. Единственное, чего боялись и в Вашингтоне, и в Брюсселе, как бы Россия, оказавшись в относительно свободном плавании, не попала в «объятия» Пекина - на Западе такой вариант изначально считался страшным сном: экономическая мощь КНР и ракетно-ядерная мощь Российской Федерации в одном флаконе…

Сами виноваты. Политическая оголтелость Джо Байдена и геополитический экстремизм Дональда Трампа сделали своё дело - в конце концов Россия и Китай всё же оказались в одной лодке. Причём на Западе уверены, что главную роль в этом процессе сыграл именно Трамп, который хотел сделать Америку снова великой, а в результате поспособствовал сближению главных оппонентов. И не исключено, что это обстоятельство демократы на следующих президентских выборах ему ещё припомнят.

Но уже сейчас западные аналитические центры, не теряя времени, пытаются выставить гипотетический CRINK как «агрессивный альянс, направленный на подрыв мирового порядка». В их транскрипции - мировых правил типа «Ялта-2», которые Запад сам же установил, объявив себя безусловным победителем в холодной войне. А те страны, которые с таким миропорядком не согласны, сталкиваются с давлением извне в виде санкций, экономической изоляции или военного вмешательства. Как тот же Иран. Так что CRINK, контуры которого только наметились, в чистом виде оборонительный союз, делающий акцент на государственном суверенитете и невмешательстве во внутренние дела других стран.

В условиях конфликта с НАТО Россия стремится к созданию военно-политических альянсов с потенциальными союзниками, а также к участию в экономических форматах, таких как БРИКС и ШОС, которые предлагают альтернативы западной финансовой системе. По одной причине. Исторический опыт показывает: сосуществовать с Западом, не обладая оборонительными возможностями, невозможно.