В других СМИ
Загрузка...
«Царь» Никита жил когда-то
© Фото из архива
Никита Хрущев и Андрей Громыко на сессии ООН в Нью-Йорке в сентябре 1960 года.

«Царь» Никита жил когда-то

Рассекреченные подробности посещения Никитой Сергеевичем Хрущёвым, которому исполняется 125 лет со дня рождения, Соединённых Штатов Америки в сентябре 1960 года
Реклама
«Царь» Никита жил когда-то
© Фото из архива
Никита Хрущев и Андрей Громыко на сессии ООН в Нью-Йорке в сентябре 1960 года.

Антони Иден, министр иностранных дел, а затем премьер-министр Великобритании, как-то прорицательно заметил: «Чем хуже идут дела у лидера внутри государства, тем настойчивее он рвётся на международный простор, становясь фактическим главой внешнеполитического ведомства». 

За восемь лет бесконтрольного правления Хрущёв побывал в тридцати шести странах всех, кроме Австралии и Антарктиды, континентов. В некоторых - дважды, трижды. Шестьдесят четыре рабочих, дружеских, официальных и государственных визитов. Конвейер. Прибавьте к этому ответные визиты в СССР иностранных государственных деятелей - станет ясно, что наш лидер не щадил себя, работая на износ во имя международной солидарности трудящихся.

Букмекеры ставили на Хрущёва, как на лошадь

В 1960 году Н.С. Хрущёв второй раз должен был посетить США. Вся Америка готовилась к его визиту. Местные репортёры, зная импульсивную непредсказуемость Хрущёва и его стремление эпатировать публику, с нетерпением ожидали  очередных экстравагантных выходок.

В букмекерских конторах Нью-Йорка, где делались ставки и заключались пари на результаты лошадиных забегов, теперь ставили на русского премьера: как часто он появится на первых полосах газет в качестве главного фигуранта какого-нибудь скандала.

С еще большим внутренним напряжением ожидали наступления часа «Ч» - начала визита - в советской дипломатической миссии.         

Было известно, что советский руководитель, следуя своей традиции, направляется к американским берегам на борту яхты. В самом её названии - «Балтика» - присутствовал скрытый вызов. США всегда отрицали легитимность присоединения прибалтийских республик к Советскому Союзу, обвиняя его в оккупации суверенных государств. Хрущёв, чтобы показать американцам, что ему на их мнение наплевать, поначалу присвоил яхте имя «Советская Прибалтика».

Ситуация была беременна скандалом. К счастью, в окружении премьера нашелся смелый человек, который предложил компромиссное решение, и теплоход (так яхта была закодирована в нашей печати) стал именоваться просто «Балтика».

Если американцы расценивали пренебрежение Хрущёвым правилами приличия и попрание им норм протокольного этикета как проявление широты русской натуры, то дипломаты нашего представительства в Вашингтоне видели в этих выходках бунтующее невежество.

Кадиллак? Нет ничего проще!

Неприятности для советского дипломатического корпуса начались за два дня до начала визита, когда с борта яхты поступила телеграмма-молния за подписью Председателя Совмина с требованием приобрести к прибытию делегации пять «кадиллаков» последней модели.

Проблема была не в цене покупки. Ну, подумаешь, какие-то 100 тысяч долларов за лимузин (с поправкой на сегодня эта сумма превышает два миллиона долларов). Дело во времени. Машины этой марки - штучного изготовления, делались вручную и по спецзаказу. Исполнение заявки - не менее трёх-четырёх недель.

Куда бы ни обращались наши дипломаты с просьбой поставить машины в двухдневный срок, везде на них смотрели, как на психбольных. И это притом, что каждый раз, в следующей по счёту дилерской конторе, дипломаты неизменно увеличивали размер вознаграждения!

Наконец удалось выполнить указание Премьера. В день прибытия «Балтики», 19 сентября 1960 года, пять черных лакированных «кадиллаков», стоимость которых в  с е м ь  раз превышала реальную цену, выстроились шеренгой на пристани в ожидании высокого гостя...

Хотите сенсаций? Их есть у меня!

Хрущёв не обманул надежд заокеанских обывателей, ожидавших от него умопомрачительных шоу. Через пару дней пребывания в Нью-Йорке Хрущёв приехал к недавно свергнувшему проамериканского бананового диктатора Батисту Фиделю Кастро, который поселился в негритянском гетто - Гарлеме, рассаднике наркомании и проституции.

Этот район, расположенный между 127-й и 132-й улицами в нижней части Манхэттена, был закрыт для посещения официальных делегаций, и вообще, для проживания белых. Там стояли многоэтажные кирпичные здания-коробки, как правило, без окон и дверей, где жили, вернее, влачили существование беднейшие негритянские семьи.

Американцы говорили, что если белый человек случайно забредал в дебри Гарлема, он оттуда уже не выходил… Хрущев и Кастро вышли, не без помощи мощной охраны.

Сортир на колесах для Никиты

Спустившись с гарлемского балкона, Никита Сергеевич наведался по малой нужде в сопровождавший делегацию передвижной туалет. Сортир на колесах являл собой неприступную крепость, ибо охранялся десятью рослыми парнями из американской службы безопасности.

Ураганные опорожнения у премьера не прекращались ни на один день. Особенно часто они происходили во время проживания в загородной резиденции президента Эйзенхауэра в Кэмп-Дэвиде. Там Хрущёва проносило регулярно и основательно. Благо всегда был сортир на колёсах, который заботами ФБР неотступно следовал за советским лидером.

Однажды утром Никита Сергеевич едва успел выйти из сановного автосортира,  как был атакован толпой вездесущих репортёров. На  вопрос: «Ну, как вам Америка, господин премьер?»

Хрущёв, испытывая необыкновенную лёгкость в желудке и в мыслях, бездумно ответил: «Я, выйдя на пенсию, с удовольствием поселился бы на американской ферме».

Толпа зашлась в истеричном восторге: коммунист № 1 во всеуслышание признал преимущество капитализма над коммунизмом!         

Заявление и фотография советского лидера на фоне спецклозета были вынесены на первые полосы всех газет Запада...

Наперегонки с капитализмом

Примечателен и другой эпизод. Хрущёв, изрядно приняв полюбившегося ему американского напитка виски, вдруг обратился к Эйзенхауэру с необычным предложением: «А что, Дуайт, давай сегодня же и решим, чья система, моя социалистическая или твоя капиталистическая одержит историческую победу?»

«Давай, - ответил американец, - а как?»

«А вот пробежим сейчас стометровку, и всё станет ясно. Кто первым придёт к финишу - за тем и будущее. За социализмом или капитализмом». Рванули. Через двадцать метров стало очевидно, что соцлагерю не угнаться за миром капитализма.

Но сказ не о том. О том, как исторический забег был освещён американской прессой и редакционной статьей в газете «Известия».      

Американские журналисты в своих газетах информацию о «президентских гонках» провели одной строкой: «Вчера состоялся стометровый забег Хрущёва и Эйзенхауэра. Победил наш президент».

И никакого подхода к описываемому событию с классовых позиций, никаких журналистских выкрутасов!

По-иному эпизод был подан в центральных советских СМИ, а запевалой подрядного хора выступал зять Хрущёва и по совместительству главный редактор «Известий» Алексей Аджубей: «Вчера в штате Айова по инициативе Первого секретаря ЦК КПСС Председателя Совета министров СССР Н.С. Хрущёва, находящегося в США по приглашению американского народа и его президента, были организованы соревнования по бегу».

По замыслу Аджубея у читателя должно было сложиться впечатление, что участники мероприятия исчислялись сотнями, если не тысячами. Далее в тексте был искусно подан проигрыш советского лидера. «Символический забег-соревнование между двумя социальными системами закончился так: наш Никита Сергеевич пришёл вторым, президент США - п р е д последним...»

Вот так. Виртуозно владея русским языком, Аджубей сумел провал подать триумфом!

«Танец на граблях»

«Обделаться» на американской земле, в прямом и переносном смысле, Хрущёв умудрился не единожды. Недаром некоторые средства массовой информации США окрестили его визит в США «танцем на граблях».

Впрочем, похвалы в адрес советского премьера было несравнимо больше. И это закономерно, ибо есть безошибочный измеритель вреда, счетчик зла, приносимого народу его лидером. Давно известно: если враги поют хвалебные оды правителю из противоборствующего лагеря, - это значит, что он наносит ущерб национальным интересам своей страны и соотечественникам.

Уж как только ни изгалялись журналисты Западной Европы и США, какие осанны ни пели, сравнивая Первого секретаря ЦК КПСС и с Петром Великим, и с царем-освободителем Александром II...

Хрущёв искренне верил этой неуклюжей лести. Одним из доказательств этого тезиса является появление в 1970 году на Западе его мемуаров.

Когда «верный ленинец» выпускает в свет свои мемуары в стане идеологического противника, борьбе с которым он на словах посвятил всю свою публичную жизнь, - это даже не предательство, это - глумление над верой вероломно обманутых граждан своей страны.

Кругленькая сумма - $500.000 (сегодня это - $10 миллионов) за публикацию мемуаров на Западе не была переведена в СССР, а осела на личном счете Хрущёва в «Бэнк оф Нью-Йорк».

Эти деньги в последующем составили стартовый капитал его сына Сергея. Героя Социалистического труда. Живет теперь Сергей Никитич в капиталистических Соединенных Штатах Америки. Наверное, жалеет очень.

Реклама
ВЫСКАЗАТЬСЯ Комментарии
Реклама