В других СМИ
Загрузка...
Командармы Победы
© Владимир Коробицын/zvezdaweekly.ru
75 лет Великой Победы.

Командармы Победы

В годы Великой Отечественной войны общевойсковые и танковые армии решали сложнейшие оперативные задачи. Командиры этих крупных войсковых объединений по праву считались элитой высшего командования РККА
27 марта 2020, 06:17
Реклама
Командармы Победы
© Владимир Коробицын/zvezdaweekly.ru
75 лет Великой Победы.

В командармы «выдвигала» война - самых подготовленных и талантливых старших офицеров, обладающих высокими организаторскими способностями, понимающих особенности применения всех входящих в состав армии родов войск. Почти все из закончивших войну в должности командармов советские полководцы начинали воевать полковниками. Пройдя жестокую «обкатку» боями на постах комбригов, комдивов и комкоров, молодые генералы сломали хребет лучшей военной машине мира - германской, довели свои победоносные армии до Берлина.

Не предавший Родину и солдат

«Главнокомандующему 33 армией генерал-лейтенанту Ефремову и командирам 113, 160 и 338 стрелковых дивизий.

Германское Верховное командование армии, которая держит вас в окружении, предлагает вам сдаться. Жизнь всех командиров и красноармейцев будет гарантирована. Германский солдат не убивает пленных. Это ложь. Раненые и больные получат немедленную помощь. До 18 часов 3-го апреля 1942 года мы будем ждать ваших посредников для переговоров. Они должны идти по дороге от Горбы к Красной Татарке или к Лосьмино. Идти только днём, махая белым флагом».

Шифрограмма командарма-33 Ефремова в штаб Западного фронта:

«1. Германское командование сбросило к нам письмо на моё имя с предложением о капитуляции войск со сроком переговоров 3.04.42 г.

2. Прошу покрепче продолбить район с врагом: Лосьмино, Кр. Татарка, Стар. Греково, Кошелево, Ломовка, Ежевицы, Бесово, Мелихово».

Через несколько дней спасший Москву в декабре 1941-го генерал-лейтенант Михаил Ефремов пустит себе в висок последнюю пулю.

Посланная после тяжёлых зимних боёв под Наро-Фоминском, Боровском и Вереёй в заведомо провальную наступательную операцию под Вязьму и Ржев, ударная группа советских войск весной 1942-го попала в окружение. Заняв круговую оборону в районе реки Угры, 33-я армия погибала, но ответа на призыв сдаться немцы не получили.

9 апреля 1942 года Ставка Верховного Главнокомандования прислала за генералом самолёт, чтобы спасти его жизнь. Ефремов отказался бросить своих солдат. Их у него оставалось около 10 тысяч. Фактически до штата дивизии сократилась в тяжёлых боях армия. Командарм отправил на самолёте тяжелораненых солдат и боевые знамёна - чтобы они не достались врагу, не были обесчещены. Прилетевшему офицеру связи Михаил Григорьевич приказал передать в штаб фронта: «Командовал войсками армии в окружении, и, если случится, то и умирать буду с бойцами».

Десять суток ещё ефремовцы умирали, но не сдавались. К 18 апреля под командованием Ефремова осталось всего две тысячи человек. Без боеприпасов, шагая в валенках по весенней распутице, они шли на прорыв к своим. Раненого генерала бойцы несли по очереди на плечах. 19 апреля их окружили окончательно. Русские отстреливались до конца. Чтобы не сдаваться в плен, генерал Ефремов застрелился.

Немцы похоронили советского военачальника с воинскими почестями. Своим солдатам немецкий генерал сказал: «Сражайтесь за Германию так, как сражался Ефремов за свою Россию».

Сегодня историки сравнивают Ефремова с Власовым и Паулюсом. Оказавшись фактически в одинаковых по безнадёжности ситуациях, Власов и Паулюс сделали другой выбор и стали для своих народов иудами. Ефремов в нашей памяти - герой.

В 2011 году ветераны Великой Отечественной войны обратились к Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу с прошением разрешить церковное отпевание Михаила Григорьевича Ефремова. На общих основаниях сделать это было невозможно: выбирая между сохранением жизни и сохранением чести, генерал покончил жизнь самоубийством. Патриарх принял мудрое решение, дал согласие, написав в резолюции: «Согласен с необходимостью возродить память о героической борьбе генерала Михаила Ефремова и о его верности Родине и солдатскому братству».

Практически такие же слова и на памятнике герою в Вязьме: «Не предавшему Родину и солдат».

Цифра

30 командармов погибли во время Великой Отечественной войны, большая часть из них - от полученных в бою ранений

Генерал-«прорыв»

Михаил Катуков начал войну командиром 20-й танковой дивизии. Соединение только формировалось: в нём была лишь треть личного состава, а из 375 положенных по штату танков - ни одного. В написанных после войны воспоминаниях Михаил Ефимович, вспоминая о первых боях 1941-го на Луцком направлении, напишет: «сражались как пехотинцы: стреляли из винтовок, у кого они были, дрались лопатами, гаечными ключами, ломами».

Танкисты, уцелевшие в кровопролитных летних боях, осенью стали костяком 4-й танковой бригады полковника Михаила Катукова. 6 октября южнее Мценска эта бригада остановила наступление десятикратно превосходящей её по боевой мощи 2-й танковой армии генерал-полковника Гейнца Гудериана.

Темпы наступления механизированных колонн у немцев были великолепными: во встречном бою - 40-50 километров в день, во время прорыва и выхода в тылы противника - 80-90 километров в день. Так и продвигалась 4-я танковая дивизия генерал-майора Виллибальда фон Лангерман-Эрленкампа. Пока её не встретили у села Первый Воин достойные противники - танкисты Катукова.

«Южнее Мценска 4-я танковая дивизия была атакована русскими танками, и ей пришлось пережить тяжёлый момент. Впервые проявилось в резкой форме превосходство русских танков Т-34. Дивизия понесла значительные потери. Намеченное быстрое наступление на Тулу пришлось пока отложить…». Так в своих мемуарах лучший танковый стратег фашистского «рейха» генерал-полковник Гейнц Гудериан описывает первую встречу в бою с лучшим танковым стратегом Красной Армии Михаилом Катуковым.

Немцы попытались обойти неожиданную преграду. Но на всех направлениях их разведдозоры натыкались на стоявшие в засадах или быстро маневрирующие группы Т-34 - молодой советский полковник показал, что искусством танкового боя он владеет мастерски! Враг терял танк за танком.

Такого ошеломляющего разгрома немцы в боях на Восточном фронте (а на других фронтах - и подавно) ещё не испытывали. Не видел ещё таких успехов своих войск на этой войне и Верховный Главнокомандующий.

Восемь суток 4-я танковая бригада сдерживала наступление танковой армады врага. Советские танкисты уничтожили 133 танка, две бронемашины, две танкетки, 10 полевых орудий, 12 автомашин, две цистерны с горючим, 35 противотанковых орудий, 15 тягачей с боеприпасами, шесть миномётов, четыре зенитки, восемь самолётов и до тысячи солдат и офицеров вермахта.

Приказом Народного Комиссара Обороны СССР за отважные и умелые действия личного состава в боях 4-я танковая бригада уже генерал-майора Михаила Катукова была удостоена почётного звания «гвардейская» и переименована в 1-ю гвардейскую танковую бригаду. Это самая первая гвардейская танковая часть в нашей армии.

В ночь на 17 октября 1941 года по личному указанию Иосифа Сталина танкисты полковника Михаила Катукова были переброшены на самое опасное место в оборонительных порядках вокруг Москвы - на волоколамское направление. В эти критические для обороны столицы дни, заняв Волоколамск, немцы готовили удар по правому флангу 316-й стрелковой дивизии генерал-майора Ивана Панфилова. Дальше наших войск не было, дальше - Москва. Для решающего удара фашисты сосредоточили мощную группировку войск в районе деревни Калистово. Танкисты Катукова и пехота Панфилова нанесли врагу мощный упреждающий удар. Готовившиеся к наступлению силы немецких войск были разбиты.

Так, начиная с 1941-го и по май 1945-го и повелось: если надо было остановить врага или прорвать его оборону на каком-то самом проблемном участке фронта, Сталин направлял туда Катукова. Это было под Ржевом, на Курской дуге, в Львовско-Сандомирской и Висло-Одерской операциях, при штурме Берлина.

В январе 1943 года была сформирована 1-я танковая армия, командующим которой был назначен генерал-лейтенант Михаил Катуков. На Курской дуге 1-я ТА находилась на направлении главного удара немцев. Танкисты вели бой с 11-ю танковыми дивизиями и многочисленной пехотой вермахта - выстояли! Не смогли прорвать оборону 1-й танковой армии и 200 впервые брошенных в бой новых немецких танков «Пантера».

Ставшая гвардейской, армия под началом Катукова закончила войну в Берлине.

Дважды Герой Советского Союза, маршал бронетанковых войск Михаил Ефимович Катуков по праву считается одним из лучших советских полководцев Великой Отечественной войны.

Цифра

72 командарма за успехи в проведении боевых операций во время Великой Отечественной войны были удостоены звания Героя Советского Союза, девять из них заслужили геройские звёзды дважды.

Сталин: «Горбатова только могила исправит»

«Александр Васильевич Горбатов - смелый, вдумчивый военачальник, страстный последователь Суворова, он выше всего в боевых действиях ставил внезапность, стремительность, броски на большие расстояния с выходом во фланг и тыл противнику. Горбатов и в быту вёл себя по-суворовски - отказывался от всяких удобств, питался из солдатского котла», - такую оценку командарму-3 дал Маршал Советского Союза Константин Рокоссовский.

В октябре 1938 года герой I Мировой и Гражданской войн комбриг Александр Горбатов был уволен в запас и арестован. 8 мая 1939 года его, после допросов и жестоких пыток, осудили по статье 58 УК РСФСР за «контрреволюционные преступления» на 15 лет лишения свободы и 5 лет поражения в правах. Срок отбывал на Колыме.

Финская война показала, что многие «герои партсобраний» оказываются дураками в бою. Перед началом войны с немцами понемногу стали возвращать в строй репрессированных по абсурдным обвинениям настоящих командиров, повезло и Горбатову. Его освободили 5 марта 1941 года. Заболевшему цингой, донельзя отощавшему (весил 64 кг при росте 1,77 м) офицеру дали подлечиться два месяца в санатории, затем назначили замкомкора 25-го стрелкового корпуса.

Под городом Ярцево, оказавшись в отрыве от корпусного штаба, Горбатов собрал и подчинил себе все отступавшие, а то и бегущие в тыл разрозненные подразделения. Четыре дня это наспех набранное войско, быстро спаянное единой командирской волей, удерживало город Ярцево от атак многократно превосходящих сил вермахта. Отошли наши бойцы только по приказу, а раненный в бою комбриг попал в госпиталь. Когда поднялся с больничной койки, был зачислен слушателем курсов для высшего комсостава, но к учёбе не приступил: по собственной настоятельной просьбе был отправлен на передовую.

Воевал на Юго-Западном фронте. 226-я стрелковая дивизия под его командованием проявила стойкость в обороне под Харьковом и лихость в зимних наступательных боях. При этом, как мог, Горбатов берёг людей. Известен громкий скандал комдива с непосредственным начальником Кириллом Москаленко. Горбатов в жёсткой форме сказал ему, что глупо бросать наши войска в лобовые атаки, если в этом нет необходимости. О конфликте генералов доложили Верховному Главнокомандующему. Но Сталин лишь улыбнулся: «Горбатова только могила исправит…»

Умный и предусмотрительный, а потому неизменно результативный военачальник, Александр Горбатов с июня 1943 года и до конца войны командовал 3-й армией. Она геройски воевала в Орловской, Брянской, Черниговско-Припятской, Белорусской, Восточно-Прусской и Берлинской операциях.

За годы Великой Отечественной войны имя Героя Советского Союза генерал-полковника Александра Горбатова 16 раз упоминалось в благодарственных приказах Верховного Главнокомандующего. Но…

Маршал Советского Союза Георгий Жуков написал в мемуарах: «…наиболее энергично наступала 3-я армия под командованием генерала А.В. Горбатова, который на протяжении всей войны превосходно справлялся с ролью командующего армией. И можно сказать: он вполне мог бы успешно справиться и с командованием фронтом. Но за его прямоту, за резкость суждений он не нравился высшему руководству…»

Цифра

128 общевойсковых, танковых гвардейских, ударных, сапёрных, воздушных и войск ПВО армий насчитывала в своём составе Красная Армия с 1941 по 1945 год.

Вместе со своими солдатами

Командармы Великой Отечественной - золотой фонд Родины. Пехотинцы, танкисты, лётчики - Павел Батов, Исса Плиев, Константин Вершинин, Дмитрий Лелюшенко, Сергей Руденко, Афанасий Белобородов, Павел Рыбалко, Алексей Жадов, Павел Ротмистров, Иван Петров и десятки других командиров войсковых объединений - привели свои армии к Великой Победе.

…В Сталинграде штаб командарма 62-й армии, будущего дважды Героя Советского Союза и маршала Василия Чуйкова находился всего в четырёхстах метрах от передовой. Впереди не было наших танков и пехоты. Если немцы пытались атаковать, по ним наносил залп гвардейский полк реактивных «Катюш»: горели даже кирпичи разрушенных сталинградских домов.

62-я армия встала на берегу Волги насмерть. «Клянусь: или умру в Сталинграде, или отстою его», – сказал тогда Чуйков. Отстоял. А потом гвардейцы командарма-62 вышвырнули фашистов с нашей земли, прорвали оборону немцев на Зееловских высотах и штурмовали Берлин.

Маршала, по личному завещанию, похоронили в братской могиле на Мамаевом кургане в Волгограде - вместе с погибшими, но не отступившими солдатами его армии.

Классика

Кружится испанская пластинка.

Изогнувшись в тонкую дугу,

Женщина под чёрною косынкой

Пляшет на вертящемся кругу.

Одержима яростною верой

В то, что он когда-нибудь придёт,

Вечные слова «Yo te quiero»*

Пляшущая женщина поёт.

В дымной, промерзающей землянке,

Под накатом брёвен и земли,

Человек в тулупе и ушанке

Говорит, чтоб снова завели.

У огня, где жарятся консервы,

Греет свои раны он сейчас,

Под Мадридом продырявлен в первый

И под Сталинградом - в пятый раз.

Он глаза устало закрывает,

Он да песня - больше никого…

Он тоскует? Может быть. Кто знает?

Кто спросить посмеет у него?

Проволоку молча прогрызая,

По снегу ползут его полки.

Южная пластинка, замерзая,

Делает последние круги.

Светит догорающая лампа,

Выстрелы да снега синева…

На одной из улочек Дель-Кампо

Если ты сейчас ещё жива,

Если бы неведомою силой

Вдруг тебя в землянку залучить,

Где он, тот голубоглазый, милый,

Тот, кого любила ты, спросить?

Ты, подняв опущенные веки,

Не узнала б прежнего, того,

В грузном поседевшем человеке,

В новом, грозном имени его.

Что ж, пора. Поправив автоматы,

Встанут все. Но, подойдя к дверям,

Вдруг он вспомнит и мигнёт солдату:

«Ну-ка, заведи вдогонку нам».

Тонкий луч за ним блеснёт из двери,

И метель их сразу обовьёт.

Но, как прежде, радуясь и веря,

Женщина вослед им запоёт.

Потеряв в снегах его из виду,

Пусть она поёт ещё и ждёт:

Генерал упрям, он до Мадрида

Всё равно когда-нибудь дойдёт.

Константин Симонов, «У огня», 1943 год.

---

* «Я тебя люблю» (исп.).

Реклама
ВЫСКАЗАТЬСЯ Комментарии
Реклама