В других СМИ
Загрузка...
Ключи от ворот Измаила
}
© catalog.shm.ru
Полководец А. В. Суворов. Литография 1828 г.

Ключи от ворот Измаила

230 лет назад Суворов взял неприступную крепость на Дунае на два дня раньше, чем мы это отмечаем
03 января 2021, 09:10
Реклама
Ключи от ворот Измаила
© catalog.shm.ru
Полководец А. В. Суворов. Литография 1828 г.

Взятие Измаила - один из 19 Дней воинской славы России, законодательно утверждённых дат в году. Событие столь яркое в отечественной военной истории, что даже великий Байрон посвятил этому дню аж целых две песни (многостраничных главы) в своей небезызвестной эпической поэме! В декабре 1790 года русские войска под командованием генерал-аншефа Александра Суворова штурмом овладели важнейшим турецким оплотом на Дунае - крепостью Измаил. Падение янычарской цитадели в Бессарабии через год привело к тому, что турецкая Порта признала за Россией владение Крымом (полуостров был очищен от османцев ещё в 1771 году). А ещё согласилась с закреплением за ней всего северного Причерноморья от Днестра до Кубани.

Магия экспоната

Годовщину эту знаково разделяет месяц с юбилейной датой самого Александра Васильевича (24 ноября). По этому случаю в московском Музее военной формы работает выставка «Суворов. К 290-летию со дня рождения». Среди её экспонатов и можно увидеть «Ключи трофейные от турецкой крепости Измаил». Их три в одной связке. Этот и другие редчайшие артефакты (сотня из ста тысяч) прибыли в Москву к юбилею великого полководца из санкт-петербургского Государственного мемориального музея А.В. Суворова и показываются на столичной площадке впервые.

В московском Музее военной формы работает выставка «Суворов. К 290-летию со дня рождения».
© museum-vf.ru
В московском Музее военной формы работает выставка «Суворов. К 290-летию со дня рождения».

Каждый «вещдок» о взятии Измаила - в длине под 40 сантиметров, по полтора поперёк, да «ширина в расширении» (так в музейной информации о них) у одного - 2,4 см, у другого - 2,8 см, у третьего - 3,1 см. Да это ж кованые штакетины, ими биться можно! Небезынтересно, как такие носили и в каких замках ими проворачивали.

И ещё представляешь, как сии ключищи - от «главных ворот» покорённой крепости, символ её сдачи на милость победителю, - прославленному русскому полководцу преподнёс на протянутых руках да на атласной подушечке великий сераскер (командующий войсками) Айдозла Мехмед-паша. Тот самый трёхбунчужный паша, что 7 декабря с первым официальным ультиматумом Суворова получил от будущего генералиссимуса и лаконичную личную записочку: «Я с войсками сюда прибыл. Двадцать четыре часа на размышление - и воля. Первый мой выстрел - уже неволя. Штурм - смерть». На что из мощнейшего приречного оплота заносчиво и по-восточному узорчато ответили: «Скорее Дунай остановится в своём течении и небо рухнет на землю, чем сдастся Измаил»…

Ан, после одоления неприступного «укрепрайона» всё-то было куда прозаичнее. Как писал Суворов принцу Кобургскому: «Во время штурма погибло до 26.000 Турков и Татар, в числе коих Сераскир сам…». Некому было подносить ключи победителю. Да и не требовал генерал-аншеф подобного унизительного церемониала от поверженных. Сдача ключей случилась позже - гораздо севернее и на не остановившемся Дунае…

Портрет фельдмаршала графа А. В. Суворова, 1799 год.
© Й. Крейцингер
Портрет фельдмаршала графа А. В. Суворова, 1799 год.

При рассматривании «странной» связки невольно и заподозрилось: а открывали ли на деле эти железяки какие-нибудь двери-ворота? А то очень уж они и на ключи-то непохожи - плоские, кривоватые да неровные, как «ключница ковала», а не кузнец. «Ещё как открывали! - заверил главный научный сотрудник Госмузея А.В. Суворова Артемий Тучапский. - А форма у них специфическая потому, что, в отличие от традиционной формы трофейных ключей европейских городов, тут - восточный колорит...»

И впрямь. На стенде рядом как бы для сравнения демонстрировались ещё четыре крупных увесистых ключа, каждый - «от неизвестной крепости». Вот эти отполированные реставраторами «железяки» как ключи сразу распознаются. Но они заметно «скромнее» измаильских. Знать, и крепости те были «фисташки» - на раз щёлкнуть, а не такой «грецкий орех», как Измаил, и победы над ними эпохальными не стали. Да ведь и с иными турецкими есть возможность сравнить. Внутри периметра неприступных земляных валов Измаила было 170 гектаров площади, на которой могло разместиться огромное хорошо вооружённое войско с запасами всех тыловых видов довольствия. Соседняя же на Днестре Бендерская крепость занимала около 67 га территории; Хотинская на той же реке - лишь 22 га; Ени-Дунья, или Хаджибейская крепость (защищала побережье, где теперь Одесса) - уже 18 га; а у лимана Аккерманская (с 1944 года - Белгород-Днестровская) - всего 9 га.

В московском Музее военной формы среди экспонатов выставки «Суворов. К 290-летию со дня рождения» можно увидеть «Ключи трофейные от турецкой крепости Измаил». Скрин видео.
© vk.com/club16957387
В московском Музее военной формы среди экспонатов выставки «Суворов. К 290-летию со дня рождения» можно увидеть «Ключи трофейные от турецкой крепости Измаил». Скрин видео.

Но всё же «отмычки» от ворот (главных?) взятой в течение двух с половиной часов крепости, как считают в питерском музее, 60-летний полководец «в руках, наверно, держал». И они были важны как трофей - символ победы. Иначе как бы ключи попали с берега Дуная на берег Невы?! Вот что рассказал о пути их к музейной коллекции кандидат исторических наук Артемий Тучапский:

- Ключи взятых городов привозили в Петербург и хранили в храмах (Петропавловском, гвардейских полков), а также в Ботном доме Петропавловской крепости и других местах, позже - в музеях. В честь же взятия Измаила Потёмкин в апреле 1791 года устроил в Таврическом дворце (это рядом с местом, где впоследствии в начале XX века построят наш музей) грандиозный праздник, на котором пленные паши подносили императрице ключи. К слову, на этом празднике впервые прозвучала державинская ода «Гром победы раздавайся», ставшая на некоторое время неофициальным национальным гимном России. А во вновь построенный Музей Суворова ключи от ворот Измаила поступили в 1910 году по предписанию коменданта Петропавловской крепости, который получил на этот счёт повеление главного инициатора строительства музея - императора Николая II. До этого момента они хранилась в Ботном доме (он построен в первое десятилетие царствования Екатерины II для сбережения в нём «дедушки русского флота» - бота Петра Великого).

Потёмкин - Суворову: «Поспешай!»

«Какие ещё в неприступном Измаиле земляные валы?!» - небось смутится кто-то из читателей, привычно представляющий себе, что такое средневековая крепость, как её штурмуют и читавший о лихом приступе неприступной твердыни на Дунае. И памятующий о том, как сам Суворов доносил о них 3 декабря главнокомандующему светлейшему князю Григорию Потёмкину сразу после тщательной рекогносцировки: «Эта крепость без слабых мест» (Потёмкин ориентировал полководца на поиск наличия таковых). Память полезно освежать.

Штурм Измаила. Гравюра С.П. Шифляра.
© aria-art.ru
Штурм Измаила. Гравюра С.П. Шифляра.

Великий англичанин Джордж Гордон Байрон, подробнейше изучивший историю данной твердыни и покорения её русскими войсками, отметил в своём эпическом творении при описании Измаила: «Дома восточные, но крепость, не солгу, - / Перворазрядная, второй такой не знаем».

Так вот перворазрядный «крепкий орешек» этот не был сплошь отвесной каменно-кирпичной кладкой, как вышеперечисленные, отчасти сохранившиеся да наших дней крепости. Кирпич, уложенный шириной в 1-1,2 метра, разве что подпирал 6-8-метровый вал шириною в полусотню метров и ощетиненный во многих местах частоколом. Этот рубеж, растянувшийся на 6 километров, был обложен камнем, а поверх него располагались окопные бастионы.

Почему ж такой «взгорок», а не привычный в те времена боевой монолит? Дело в том, что уже во втором десятилетии XVIII века строительство отвесных стен с башнями при бойницах постепенно свелось на нет. Передовые технологии фортификации должны были надёжно противостоять живо развившейся артиллерии, которая пусть ещё и не влёгкую, но уверенно крушила такие «утёсы-колоссы». Французские и немецкие спецы, занимавшиеся в 1770-е - 1780-е годы Измаильской крепостью, постарались на совесть! Так что к приходу под её основательный вал Суворова в инженерном отношении она, окружённая ещё и рвом шириной до 30 метров и глубиной до 15, а то и 20 метров, была, по сути, «только что сданной в эксплуатацию». То-то он и не нашёл по осмотру «слабых мест».

Пасть же цитадель должна была «кровь из носу»! Светлейший князь потаённо умоляюще писал Суворову в личном послании (оно было приложено к приказному ордеру о скорейшем выдвижении генерал-аншефа к крепости): «Измаил остаётся гнездом неприятеля. И хотя сообщение прервано чрез флотилию, но всё он вяжет руки для предприятий дальних». Турки в тот период, что называется, терпели поражения на всех фронтах, объединялись после кровавых потрёпок и стекались к Измаилу, укрывались за неприступными, как они были уверены, его валами. И тогда выкурить их оттуда было бы значительно труднее, война сильно затянулась бы.

Это и пугало Потёмкина, сильно обжегшегося летом-зимой 1788 года на Очакове. Тогда он с 50-тысячным войском и флотом топтался под крепостными 12-метровыми стенами, противостоя «всего-то» 15-тысячному турецкому гарнизону, пусть и активно обороняющемуся. Сдерживал и Суворова, уже показавшего свой талант бить турок меньшими силами при Туртукае, Козлудже и Кинбурне. Самый удачный момент взять крепость представлялся 27 июля (7 августа), когда сразу три тысячи янычар предприняли вылазку, дабы помешать осадным работам. Полководческий ум Суворова сработал моментально! Он поднял пару гренадерских батальонов (соотношение сил 1:5 не в пользу русских) и возглавил стремительную атаку. Явный успех её, как видел полководец, позволял подключить бóльшие силы, которые бы на плечах ретировавшихся турок смогли прорваться за стены. Светлейший не решился, воспользовался тем, что Суворов был ранен в отпоре на неприятеля, отстранил его от командования сухопутными силами осады. Итог: крепость пала только в декабре, когда уже сама матушка-императрица поторопила обожаемого ею Потёмкина. И вот теперь, ровно через два года после «времён Очаковских», князь поверил в графа Суворова и просил его «поспешать».

Князь Г.А. Потемкин-Таврический.
© wikipedia.org
Князь Г.А. Потемкин-Таврический.

«Похвалы искусству» от светлейшего

Как добился Суворов «ключей трофейных от Измаила» меньшими силами, нежели ему противостояли, изучают со школы и растиражировано и в литературе, и в интернете, посему опустим повторение. Заметим лишь, что при примерно равном балансе русских и османских сил - 1:1,13 - Суворов как сторона атакующая должен был иметь войск в 2-3, а то и в 4 раза больше. Такова теория наступательно-оборонительного (или наоборот) боя, подтверждённого опытом многих сражений в войнах разных эпох (взять хотя бы тот же Очаков). Другого бы, отважившегося на штурм Измаила при таком раскладе сил, назвали бы безумцем. Но только не Суворова! (Здесь и ниже - тщательные арифметические выкладки автора, не встречавшего таковых в каких-либо публикациях; каждый сможет перепроверить, особенно дотошные - уточнить и поправить).

Есть смысл привести абзац из донесения Потёмкина «Её Императорскому Величеству 8 Генваря 1791 года» (этот посыл крайне редко цитируют, а зря, он весьма характеризует полководца при Измаиле): «Отдав справедливость исполнившим долг свой военачальникам, не могу я достойной приписать похвалы искусству, неустрашимости и добрым распоряжением Главного в сем деле вождя Графа Суворова рымникского. Его неутомимость, бдение и прозорливость всюду содействовали сражающимся, всюду ободряли изнемогающих и направляя удары обращающие вотще отчаянную неприятельскую оборону, совершили главную сию победу».

Подробными цифрами потерь сторон тоже утомлять воздержимся: они не раз писаны пером самого Александра Васильевича и переписаны, и пересказаны его начальником Потёмкиным в докладе Екатерине II (опять же - книги, виртуальная сеть). А на основании их вырисовывается такое соотношение - более 7,6 (убитых и пленённых янычар) к 1 (погибших и раненых русских)!

Историки и наши, и за Черноморьем не скрещивают «сабли и ятаганы» в пользу «значительной корректировки» этих удивительных показателей. Но на форумах в соцсетях встречаются недоумения: «Какие-то странные не сопоставимые потери обороняющихся в крепости и атакующих» (некто Valtec и иже с ним другие «Фомы неверующие»). Да, обычно бывает наоборот (см. чуть выше). Но только не у Александра Васильевича! «В тот период почти все бои Суворова с турками имели соотношение (условно) 1 к 5, а то и к 10 иногда» (bouzakh). «Поэтому его и считают гениальным полководцем» (Mr.DP; все три цитаты - из одной заочной дискуссии от 15 июня 2020 года).

Зачем же условно? Надо точно говорить о национальном Герое России, дабы никого «смутные сомнения» не только не «терзали», но даже не закрадывались! Вот составленный автором «топ-8» известных схваток Суворова с войсками султана. Первая пара цифр - расклад войск сторон при превосходящих силах янычар; вторая - пропорция потерь решительно не в пользу турок (везде 1 - это войска Суворова; цифры в скобках исчислены по другим данным; даты приведены по новому стилю):

Разведка боем крепости Туртукай с захватом оной (21 мая 1773) - 1:4,4 (5) и 5 (7,5):1. Генерал-майор Суворов был ранен в ногу осколком разорвавшейся вражеской пушки и с тех пор всю жизнь прихрамывал.

Второй поиск на Туртукай (28 июня 1773) - 1:2 (по потерям данные отсутствуют). Этот выход был осуществлён Суворовым после того, как командование прошляпило его первый успех и турки снова заняли крепость.   

Оборона Гирсово (14 сентября 1773) - 1:2,3 и 5,5 (10):1.

Баталия у Козлуджа (20 июня 1774) - 1:1,7 и 14,4:1 (потери - с учётом убитых, пленных и умерших от ран у противника и раненых среди русских войск). Здесь генерал-поручик Суворов действовал на пару с генерал-поручиком (будущим генерал-фельдмаршалом М.Ф. Каменским). С 1950 года город называется Суворово.

Схватка близ Кинбурна (12 октября 1787) - 1:1,25 (до 2,5) и 10 (до 11,5):1 (с учётом убитых и раненых у русских). Генерал-аншеф Суворов лично водил солдат в атаку, был ранен в бок картечью.

Сражение у Фокшан (1 августа 1789) - 1:4,3 и 4:1. Восхищённые союзники дают Суворову прозвание «Генерал Вперёд».

Битва при реке Рымник (22 сентября 1789) - 1:4 и 30,8 (40,8):1 (потери - с учётом пленных у турок; более крупная цифра в соотношении потерь основана на данных османского командования). Суворов становится графом и Рымникским, на него сыплется град наград. Именно с Рымника его покрывает неувядаемая слава и прочно закрепляется авторитет непобедимого полководца.

Штурм и взятие крепости Измаил (22 декабря 1790) - 1:1,13 и 7,6:1 (подробные пояснения - по всей статье). Суворов «закрепил» свою репутацию победоносного полководца.

Военные теоретики тогда ещё не народились (суворовская «Наука побеждать» и та вышла из печати лишь через шесть лет после кончины её автора), и подобных «примитивных» выкладок никто не делал. Сплошь царили практики, и их, бесспорно, не могли не впечатлить столь блестящие одна за другой победы будущего генералиссимуса. Наверное, хватало и завистников, но и те унимали своё «иррациональное эго», смотрели правде в глаза и воздавали «похвалы искусству», «неутомимости, бдению и прозорливости», с коими Суворов своих викторий «непременно и вопреки» добивался.

Титульная страница первого издания книги «Наука побеждать» А.В. Суворова. 1806 год.
© sakhodb.ru
Титульная страница первого издания книги «Наука побеждать» А.В. Суворова. 1806 год.

Что в дате сей?..

Однако не всё ещё сказано о музейных ключах «от главных врат измаильских»! Как довелось понять, тяжкая связка их - собственно и всё, что ныне осталось от некогда грозного и устрашающего турецкого, а потом уж и русского оплота на Дунае. После очередной шестилетней войны с Портой, завершившейся в 1812-м, Россия ещё много лет значительно укрепляла свой крепостной трофей, сделав его одной из самых мощных твердынь на пограничном порубежье. Но через десятилетия случилась «позорная» Крымская война, и по её безрадостным для царской короны итогам (Парижский мирный договор 18/30 марта 1856 года), крепость должно было разрушить.

На демонтаж фортификаций спешно бросили несколько полков. По свидетельству одного из участников сокрушения российской мощи собственными же руками, уже 14 апреля с крепостных ворот (не тех ли самых, от коих ключи?!) были сняты мраморные доски с турецкими надписями и изображением роз. Деталь! Белая роза - символ пота молившегося Магомета, и то, что русские в течение многих десятилетий не уничтожали «чужеродную» атрибутику на воротах, лишний раз свидетельствует об их большой терпимости к неправославным исповеданиям. Вслед всё, что не «сровняли с землёй» войска, прибрали к рукам окрестные жители, напрочь обесценив это место для будущих археологов.

Потом за дело взялись природа и время, и за почти 170 лет место, где великий Суворов не дал «Дунаю застопорить течение и свалиться небу наземь», всё быльём поросло. По словам главного научного сотрудника Суворовского музея Артемия Тучапского, которому довелось однажды побывать здесь, «от крепости остались только следы валов и рвов». По его словам, «в своё время на её территории построили монастырь, потом румыны устроили своё военное кладбище». И это всё уже тоже давно «стало землёй и травой». Кому довелось глянуть на бывший «Измаил в траве» в последние годы, сообщают в своих блогах, что глубина былого рва, ставшего глубоким оврагом, «не меньше 9-11 метров». Кто-то различил под густым зелёным покровом и кустарниками и «определённые следы от разрушенных бастионов и эскарпов в виде крупных блоков кирпичной кладки, упавших в ров в результате мощных взрывов». 

Но в более чем 70-тысячном нынешнем Измаиле, оказавшемся с распадом СССР в Одесской области суверенной Украины, давнюю историю чтут. И о великом русском полководце не забывают. Здесь продолжает действовать музей Суворова (с крупной диорамой о взятии крепости), осуществляется уход за его величественным памятником, где полководец на коне…

Диорама «Штурм крепости Измаил» в измаильском музее А.В. Суворова.
© wikipedia.org/Yuriy Kvach
Диорама «Штурм крепости Измаил» в измаильском музее А.В. Суворова.

Смущает во всём этом только один нюанс - дата «измаильского» Дня воинской славы России - 24 декабря. Тогда как сражение состоялось двумя днями ранее (при точном перекладе даты со старого на новый стиль для XVIII века). Именно 11(22) декабря 1790 года генерал-аншеф граф Суворов-Рымникский эмоционально депешировал светлейшему князю Потёмкину-Таврическому: «Стены измаильские и народ пали пред стопами престола Ея Императорскаго Величества. Штурм был продолжителен и многокровопролитен. Измаил взят, слава Богу! Победа наша... Вашу Светлость честь имею поздравить».

По какой логике к столь славной дате приброшены ещё два дня, понять мудрено. Ибо, скажем, День воинской славы, посвящённый победе русского флота над турецким флотом в Чесменском сражении, произошедшем в том же «веке золотой Екатерины», выверен правильно - 7 июля (26 июня). Одиннадцать дней разницы (а не 13 как для веков и XIX и отчасти XX) учтены и в привязке к памятному Дню принятия Крыма, Тамани и Кубани в состав Российской Империи - 19(8) апреля 1783 года. Отчего ж дате, овеянной именем великого Суворова, столь не повезло?!

Вопрос не праздный и «нюанс» сей не такой уж безобидный. Говорят, в датах - магия чисел… Но дело даже и не в этом. Представим только. Суворов был глубоко верующим человеком, на исходе жизни у царя даже в монахи уйти отпрашивался. Крепости и города брал, как он любил говаривать, «с Божьей помощью». Был молниеносным в боевых делах воителем, преодолевавшим со своими чудо-богатырями длинные вёрсты куда скорее, чем любой другой полководец его эпохи. И что бы он сказал нам, потомкам, узнав, что «взял» Измаил не 11(22), а 13(24) декабря - на целых два дня позже?..

Реклама
ВЫСКАЗАТЬСЯ Комментарии
Реклама