Турки рвутся в Африку с оружием

В Стамбуле 23 октября завершил работу III Экономический и бизнес-форум с участием многих африканских государств, который можно считать прелюдией к намеченному на 17-18 декабря саммиту партнёрства Турция-Африка. Для участия в мероприятии, призванном продемонстрировать миру успехи нового стратегического партнёрства Турции и государств чёрного континента, в Стамбул уже приглашены более тридцати глав государств Африки.

Головокружение от успехов

Турецкую активность в Африке в последние годы можно сравнить разве что с китайской: по состоянию на 2020 год, объём торговли Турции с африканскими странами превысил 25 млрд долларов, а турецкие инвестиции выросли до 7 млрд долларов. Посольства Турции работают в 43 государствах Африки, причём 31 из них открыты уже после 2009 года. Помимо этого, авиакомпания Turkish Airlines теперь является крупным игроком в Африке, обслуживая более 60 направлений, а Стамбул стал логистическим центром, связавшим Африку с другими континентами.

Буквально до последнего времени влияние Турции особенно быстро росло в Восточной Африке и на западе зоны Сахеля. Причём военная составляющая сотрудничества приобретает не меньшее значение, чем чисто экономический или гуманитарный аспекты.

Так, Эфиопия - одна из самых динамично развивающихся стран континента, где Турция является вторым по величине инвестором после Китая, - уже высказала заинтересованность в приобретении турецких дронов для борьбы с повстанцами в регионе Тиграй.

Ещё более показателен пример Ливии, где войска, поддерживаемые Турцией, отразили наступление на Триполи сил генерала Халифы Хафтара, переломив ход гражданской войны.

Так получилось, что даже случившийся 25 октября 2021 года военный переворот в Судане - и тот может сыграть на руку турецким интересам: Анкара была основным партнёром свергнутого в ходе революции 2019 года президента Омара аль-Башира, но после перехода власти к новому правительству в одночасье потеряла своё влияние в Судане.

Конечно, президент Турции Эрдоган и турецкий истеблишмент не так тесно связаны с возглавившим переворот в Хартуме генералом Абдель Фаттахом аль-Бурханом, как, скажем Египет и Объединённые Арабские Эмираты, но турки тем не менее надеются на то, что разрыв отношений с Европой и США приведёт к восстановлению тесных связей Судана с Турцией.

И вот теперь Анкара решила ещё прочнее закрепиться на континенте и открыть новый фронт - на этот раз на западе Африки.

Курс на Гвинейский залив

Буквально перед самым бизнес-форумом в Стамбуле президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган совершил краткий (17-20 октября), но весьма показательный тур по странам Гвинейского залива, посетив Анголу, Нигерию и Того.

В ходе встреч с президентами (соответственно Жоау Лоуренсу, Мохаммаду Бухари и Фор Гнассингбе) турецкий лидер говорил о возможностях политического, экономического и культурного сближения, при этом главным пунктом повестки были вопросы сотрудничества в сфере обороны и безопасности. А если ещё точнее, то продвижение интересов оборонной промышленности Турции.

Именно поэтому в этой поездке Эрдогана сопровождала представительная делегация из секретариата оборонной промышленности (Savunma Sanayii Başkanlığı, SSB). Это ведомство подчиняется непосредственно администрации президента и занимается военными закупками от имени вооружённых сил и спецслужб Турции. SSB отвечает за координацию экспорта и контроль компенсационных соглашений с государствами, покупающими турецкую военную технику, а также за андеррайтинг (оценка рисков и анализ заёмщика) экспортных кредитов через Türk Eximbank.

Кроме этого, SSB управляет государственной Турецкой аэрокосмической компанией (Turkish Aerospace Industries, TAI) и фирмой STM, работающей в интересах военно-морского флота, а также в области кибербезопасности, радиолокационных систем, спутниковых технологий и систем управления.

От дружбы империй к дружескому бизнесу

Сначала Эрдоган посетил Анголу. На пресс-конференции после встречи с президентом Жоау Лоуренсу он рассказал, что ангольская сторона заинтересована в приобретении турецких беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) и, кроме того, речь на переговорах шла ещё и о бронетранспортёрах.

Кстати говоря, турецкие военные дроны производит компания Baykar Makina, одним из совладельцев которой является Сельчук Байрактар, ставший в 2016 году зятем Эрдогана. Во время недавнего (июль 2021 года) визита президента Анголы в Анкару принимающая сторона устроила эффектную презентацию продукции турецкой оборонной промышленности. Речь шла именно о продаже военных дронов, но о заинтересованности ангольцев в приобретении бронетехники ни тогда, ни после не сообщалось.

Похоже, турки неспроста так активно рекламируют африканцам свои бронетранспортёры. Их производит турецко-катарская компания ВМС, которая испытывает сейчас настолько серьёзные финансовые затруднения, что даже пошла на сокращение штата сотрудников.

Идеологическое сопровождение турецкой экспансии на африканский континент безупречно. Во-первых, Турция никогда не имела колоний в Африке, не угнетала и не грабила местных жителей, так что африканцам не за что быть на неё в обиде. Во-вторых, современная Турция позиционирует себя как альтернативный союзник африканских стран, другими словами, как настоящий друг - в отличие от бывших колониальных держав типа Франции, стремящихся поставить молодые государства в экономическую и политическую зависимость.

Давно подмечено, что перед многочисленными визитами Эрдогана в Африку (а он побывал здесь ни много ни мало уже 28 раз) турецкие политтехнологи и пиарщики не жалеют усилий, подчёркивая исторические связи между Османской империей и африканскими народами и государствами, существовавшими в доколониальные времена.

Например, во время нынешнего визита в Нигерию много говорилось о возрождении забытой было дружбы между османскими султанами и империей Канем-Борну. Так называлось государство, занимавшее части территорий современных Ливии, Чада, Нигера, Нигерии и Камеруна. Оно просуществовало вплоть до начала ХХ века, когда произошёл его раздел между Англией и Францией. Договор о дружбе с Османской империей правители Канем-Борну подписали задолго до этого, в 1555-1556 годах.

Сегодня основой турецко-нигерийского сотрудничества являются углеводороды и энергетика. Однако Анкара стремится распространить его и на сферу обороны и безопасности. В ряде западных изданий неоднократно указывалось на тесные контакты турецкого посла в Абудже Хидайета Байрактара с начальником штаба ВМФ Нигерии вице-адмиралом Аввалом Зубару Гамбо и начальником штаба армии генерал-лейтенантом Фаруком Яхайя.

Анкара vs Париж

Аналогичное стремление турок выстроить военное сотрудничество с местными правительствами наблюдается и в других государствах Западной Африки. Например, в Того, где руководители турецкой оборонной отрасли намерены поучаствовать в реализации предусмотренной законом о военном планировании на 2021-2025 годы программы модернизации вооружённых сил страны.

На данный момент Турция уже подписала двусторонние соглашения с Танзанией, Суданом, Угандой, Бенином и Кот-д'Ивуаром о сотрудничестве в области производства, закупок и обслуживания военной техники, логистической поддержки и обмена информацией.

Однако, несмотря на активное проникновение на африканские рынки вооружений, Турция не может составить на этом поле серьёзную конкуренцию России, являющейся, по данным Стокгольмского института проблем мира (SIPRI), производителем почти половины всей поставляемой на континент военной техники. Скорее рост турецкого экспорта должен волновать Китай и Францию. Причина в том, что китайская техника, хотя и дешевле, но уступает по качеству турецкой, к тому же турки предлагают выгодные условия кредитования закупок своей продукции.

Что же касается Франции, то её гегемонии в Западной и Центральной Африке уже давно угрожают другие игроки - Россия, Китай, а теперь ещё и Турция, из-за чего в Париже всё громче звучат заявления о том, что «турецкая политика, эксплуатирующая постколониальное негодование, наносит серьёзный вред французским интересам».