Адмирал Константин Сиденко: «Я очень надеюсь, что российским атомоходам не придётся выходить в районы боевого применения своего смертоносного оружия»

«Победа в современном морском бою зависит от бортового вооружения и умения экипажа грамотно эксплуатировать вверенную ему технику» 

- Константин Семёнович, несмотря на то, что вы расстались с военной службой почти десять лет назад, вам, наверняка, известно об изменениях в учебно-боевой подготовке моряков-подводников, в связи с приходом на флот лодок другого поколения, которые имеют на борту принципиально новые средства вооружения. Или всё в этом процессе осталось как прежде?

- Прежним остался подход к организации службы, сохранились и принципы подготовки личного состава к выполнению своих обязанностей. Зато значительно изменились способы и формы этой подготовки с учётом как раз тех новшеств, которые вы в своём вопросе обозначили. Также изменился и контингент моряков-подводников. Сегодня, в отличие от того, что было десять лет назад, экипажи подводных лодок на сто процентов укомплектованы военнослужащими контрактной службы. Матросу-«срочнику» за год службы просто нереально освоить те технологические новшества, которые имеются на современных лодках.

Сегодня каждый член экипажа, прежде чем спуститься в прочный корпус и выйти в море, проходит многоуровневую подготовку, начинающуюся в учебных центрах ВМФ. Здесь проходят индивидуальную подготовку и офицеры, и мичманы. После этого они тренируются в составе экипажей, отрабатывая слаженность личного состава по всем задачам, которые предстоит решать конкретному классу подводной лодки. И только после этого экипаж допускается к практической отработке упражнений в море.

- Бытует мнение, что благодаря количеству атомных подводных лодок - показателю, по которому Россия уступает и США, и Китаю, в случае военного конфликта, - наш подводный флот не сможет на равных соперничать с флотами этих государств. Насколько это соответствует действительности?

- Победа в современном морском бою не зависит от количества задействованных в нём кораблей или подводных лодок. Успех зависит от бортового вооружения и умения экипажа грамотно эксплуатировать вверенную ему технику. А если учесть, что тактико-технические характеристики наступательного оружия, которым укомплектованы российские подлодки 4-го поколения, не имеют равных в мире, я бы не стал делать выводы о возможностях подводного флота, исходя лишь из числа атомоходов. Это, кстати сказать, не моё субъективное мнение, такую оценку дают военные международные аналитики. Речь, в частности, идёт о стратегических атомоходах «Борей» и многоцелевых лодках «Ясень», модернизированных дизель-электрических подлодках «Палтус» и «Варшавянка».

Ракетные комплексы и системы, находящиеся на вооружении этих кораблей, объективно признаны эталоном, до которого флотам многих стран, в том числе и самых развитых, ещё расти и расти. По боевым возможностям баллистических ракет, например, мы опередили подводные силы ВМС США на целое десятилетие. А подлодки, несущие на своём борту крылатые ракеты, есть только на российском флоте.

Ещё один из важнейших показателей - малошумность - тоже большой прорыв. И это очень напрягает наших западных «партнёров» на море. В странах НАТО пока нет технических средств, способных обнаружить «Варшавянки» (проект 636.6), поэтому их и прозвали «Чёрной дырой». Натовские военморы прекрасно понимают, что из-за своей неспособности противостоять таким лодкам, российский ВМФ никогда и никому не позволит действовать в Мировом океане безнаказанно. И это, заметьте, я ещё ни слова не сказал об уникальном проекте беспилотного подводного аппарата «Посейдон» и о уже продемонстрировавших свою мощь гиперзвуковых противокорабельных ракетах «Циркон». Все находящиеся сегодня на вооружении у вероятного противника системы противоракетной и береговой обороны против них бессильны…

«Российские подводные лодки могут беспрепятственно оказаться в любой точке Мирового океана и остаться при этом незамеченными»

- Извините, перебью, маленькое уточнение в отношении скрытности лодок. Не секрет, что гидроакустические буи, сбрасываемые с противолодочных самолётов «Орион» - достаточно эффективное средство их обнаружения, с которым нам пока сложно соперничать…  

- Это действительно - не секрет, но здесь следует иметь в виду следующее. Во-первых, дальность обнаружения буёв, будь то французских, английских или американских, очень невелика. А во-вторых, с помощью этих буёв можно лишь подтвердить наличие подводной лодки в конкретном районе. Но для этого сначала нужно установить сам факт её присутствия. Когда же за дело берётся «Чёрная дыра», которая после выхода в море не обнаруживается гидроакустическими средствами, одними буями обнаружить лодку не получится. Также не следует забывать о российских разработках комплекса РЭБ «Бурак-М», который подавляет каналы связи радиогидроакустических буёв и уже устанавливается на лодках последнего поколения.

Начиная примерно с 70-х годов прошлого столетия, американцы делали ставку на свою гидроакустическую противолодочную систему СОСУС (SOSUS), которая предназначалась для обнаружения подводных лодок на больших дистанциях. Однако, после появления у нас лодок 3-го поколения со значительно меньшей шумностью, КПД этой системы резко снизился, и американцы постепенно от неё отказались.

Таким образом, я хочу подвести черту вашим сомнениям: российские подводные лодки могут беспрепятственно оказаться в любой точке Мирового океана и остаться при этом незамеченными.

В очень недавней истории нашего ВМФ был не один эпизод, когда российские лодки, сами себя обнаруживая, всплывали и в Средиземном море, и в Саргассовом. И самым неприятным для наших западных коллег-подводников был тот факт, что в числе таких лодок оказывались атомоходы проекта 949, вооружённые крылатыми ракетами.

- То есть вы легко опровергаете утверждение некоторых экспертов, что атомные подводные лодки, базирующиеся на Северном флоте, находятся в географически закрытом районе, все выходы из которого контролируются англосаксами и «руками» союзников по НАТО. И в случае серьёзного военного конфликта будут заблокированы в акватории Баренцева моря, что не позволит им полноценно выполнять поставленные задачи по предназначению.

- Что значит легко? Определённые трудности здесь бесспорно существуют, и я не собираюсь доказывать обратное. Затруднить выход в Атлантику действительно возможно, но перекрыть совсем нельзя. Чтобы развернуть подводные лодки через Фареро-Исландский рубеж (между северной частью Британии, Исландии и югом Гренландии), проводится специальная противолодочная операция, цель которой обеспечить скрытность и безопасность развёртывания подводных лодок. В любых условиях обстановки наши моряки научились успешно выполнять подобные задачи.

Развёртывание ракетных стратегических ПЛА надёжно обеспечивают противолодочные силы флота; кроме того, они могут действовать из-подо льда. С развёртыванием многоцелевых ПЛА и дизельных подводных лодок задача также решается достаточно успешно.

Если же, как вы сказали, случится серьёзный военный конфликт, тут нужно хорошо понимать, что такие ситуации вдруг не происходят. И уже на этапе угрожаемого периода с нашей стороны будут проделаны определённые мероприятия по ослаблению вероятного противника. В том числе, если понадобится, по уничтожению тех сил и той военной инфраструктуры, которая будет затруднять кораблям и лодкам Северного флота выдвижение в районы боевого предназначения.

Ну а чтобы окончательно поставить точку в этом вопросе, хочу отметить, что сегодня нет особой необходимости в развёртывании атомоходов в дальних морских зонах для боевого применения оружия. Наши лодки с баллистическими ракетами вполне могут применять своё оружие, которое сегодня называют «оружием судного дня», находясь в территориальных водах своей страны, под прикрытием береговой системы обороны. Им просто достаточно скрытно выйти из пунктов базирования, занять район боевого применения и выполнить поставленную задачу.

«Противодействовать лодке, когда она вышла на рубеж применения оружия, в принципе невозможно»

- Скажите, в рамках дозволенного, разумеется, какую мощь на своём борту несёт один подводный атомоход. И насколько средства противоракетной обороны противника способны обнулить боевые возможности наших лодок?

- Я не буду рассказывать про мощность бортовых ракетных комплексов в переводе на килотонны и тротиловые эквиваленты, но для понимания назову несколько цифр. Прямого попадания двух крылатых ракет П-700 («Гранит»), которые несут на своём борту лодки проекта 949, будет достаточно, чтобы вывести из строя один американский авианосец. Возможно, он не утонет, но выполнять задачи по предназначению не сможет. Если учесть, что одна лодка несёт 24 такие ракеты, не трудно посчитать, на что хватит одного залпа полным боекомплектом.

Одна «умная» баллистическая ракета «Булава», которыми вооружены лодки проекта 955 (дальность стрельбы превышает 9000 км), имеет до десяти самонаводящихся блоков. В каждую «голову» такого блока вводится конкретное целеуказание и тот «работает» по своему объекту. При этом каждый блок «обучен» противоракетным манёврами. Честно говоря, даже не хочется считать, какой ущерб территории и военным объектам противника может принести одна подводная лодка, имеющая на борту от 16 до 24 ракет. Но обязательно следует обратить внимание на один момент: и баллистические, и крылатые ракеты помимо обычного, могут нести ядерный боезапас.

Я считаю, что высшим должностным лицам ведущих стран НАТО следовало бы быть более разумными, когда они выступают со своими агрессивными заявлениями в адрес нашей страны по поводу спецоперации на Украине. Ну а если по-другому им нельзя (приказания заокеанских кураторов не обсуждаются, а выполняются), пусть они этими высказываниями и ограничатся. А то не дай бог российским атомоходам придётся выходить в районы боевого применения своего смертоносного оружия.

Что касается обнуления возможностей атомных подлодок системами ПРО, здесь есть конкретные расчёты. По оценке специалистов, вероятность оказания противодействия (не обнуления, а противодействия) лодке с баллистическими ракетами не превышает 45 процентов. Но это в теории, если все системы будут работать идеально и будут известны координаты точки залпа. Но поскольку ракетоносцы действуют скрытно, и способны стрелять из подводного положения, противодействовать лодке, когда она вышла на рубеж применения оружия, в принципе невозможно.

«Моряк-подводник - это особое состояние души»

- Константин Семёнович, есть известное расхожее выражение, что русским людям сначала страшно, потом всё равно. Но когда русским становится всё равно - страшно становится всем. В какой мере это относится к подводникам? И нужно ли специально поднимать их боевой дух, чтобы поначалу им не было страшно? Ведь страшно действительно может быть от одной мысли, что после выполненной задачи их вычислят и очень велика вероятность, что они попросту не смогут вернуться.

- Когда я служил, такой проблемы, чтобы всему экипажу или отдельному моряку специально поднимать дух, не стояло вообще. И какую бы должность я ни занимал, никогда об этом даже не задумывался, потому что тому не было ни одной предпосылки. Так в подводном флоте было всегда и так будет. Моряк-подводник - это особое состояние души, вне зависимости от должности и звания, в которое погружается каждый, после того, когда оказывается в прочном корпусе. И мыслей, типа вернёмся мы из очередного выхода в море или нет - даже не возникает. Потому что есть другая мысль: выполнение задачи, поставленной командиром. Всё остальное - вторично.