Натовское учение Dynamic Mongoose-23. Что это было?

Призрак «Шведского комсомольца»

Специальная военная операция на Украине безусловно занимает главное место в новостных лентах, но и на периферии жизнь не стоит на месте. Например, в Северной Атлантике, где на пространстве площадью в 200 тысяч квадратных миль НАТО провело масштабное противолодочное учение Dynamic Mongoose-23. Начались манёвры в норвежском Тронхейме, а завершились в исландском Рейкьявике.

Отметим, что подобные манёвры c 2012 года проводятся в этих водах регулярно. Конфигурация и размеры района меняются, но «легенда» остаётся прежней. При этом генсек НАТО Йенс Столтенберг и другие официальные лица из брюссельской штаб-квартиры с тревогой в голосе заявляют, что они якобы обеспокоены повышенной активностью подводного флота России. Вторят натовским чиновникам и западные СМИ, напоминая об одновременном выходе в 2019 году в море десяти подводных лодок Северного флота, которые потом неизвестно куда подевались.

А вот шведский сценарий советской подводной угрозы известен до деталей. Напомним, что ещё в советские времена, 27 октября 1981 года, из-за навигационной ошибки торпедная дизельная подлодка Балтийского флота С-363 (проект 613) оказалась на камнях близ главной шведской военно-морской базы в Карлскруне. С той поры потомки викингов на долгие годы впали в панический ступор: за советскую субмарину стали принимать любой подводный шум, вплоть до неприличных звуков, которые издают косяки селёдки.

Впрочем, вовремя запущенный «вирус» подводной угрозы благоприятно сказывается на финансировании западного военно-промышленного комплекса, особенно американского. Шведский ВПК тоже не остался внакладе. А вот балтийская подлодка С-363 получила от флотских юмористов прозвище «Шведский комсомолец».

«Мангусты» сбились в стаю

Вполне ожидаемым стало участие в Dynamic Mongoose-23 США, Великобритании, Норвегии, Канады, Дании и Исландии. При этом Исландия, как известно, не имеет вооружённых сил, но являясь членом НАТО, предоставляет свою территорию и инфраструктуру под военные нужды альянса.

В частности, в международном аэропорту Кефлавик дислоцируются американские самолёты базовой патрульной авиации (БПА) P-8 Poseidon, пришедшие на смену хорошо известным «Илларионам» (так в шутку североморцы называли P-3 Orion, которые порядком надоедали своим присутствием). В качестве военно-воздушной базы США территория острова использовалась со времён Второй мировой войны до 1947 года - собственно, американцы базу и построили. Но прежде нейтральная Исландия в нарушение всех конвенций была оккупирована британскими войсками. Случилось это 10 мая 1940 года, чтобы опередить немцев, у которых на остров тоже имелись виды, и для защиты коммуникаций в Северной Атлантике после того, как Германия оккупировала Данию и Норвегию.

Но, как известно, если американцы куда-либо хоть раз пришли, выжить их проблематично. В 1951 году уже под флагом НАТО США вернулись на Кефлавик, но уже не с целью обороны Исландии, а для противодействия развёртыванию на тех же коммуникациях в Атлантику сил советского Северного флота. В сентябре 2006 года база США на острове была вновь закрыта, но только на десять лет. В 2016 году всё повторилось.

А ещё к участию в учении «мангустов» была привлечена постоянная морская группа НАТО №1 в составе шести кораблей ВМС Германии, Франции, Нидерландов, Польши, Испании и Португалии. Итого: 12 стран, 15 надводных кораблей и 4 подводные лодки. Информация о типах самолётов БПА и их количестве не разглашалась, но, по утверждению центрального командования ВМС НАТО (MARKOM), в состав обучаемых противолодочных сил была включена авиация от семи государств.

По данным мониторинга информационных ресурсов часть поисковых действий проводилась в районе Фарерских островов, принадлежащих Дании на правах автономии. Именно там фиксировались фрегаты Польши Generał Tadeusz Kościuszko, Германии F218 Mecklenburg-Vorpommern, Португалии F333 Bartolomeu Dias, Нидерландов F831 Van Amstel, Испании F101 Alvaro De Bazan, Норвегии F310 Fridtjof Nansen, Дании F363 Niels Juel и F342 Esbern Snare и датские патрульные корабли F360 Hvidbjoernen и Brimil. Не идентифицировались корабли других участников, но по местоположению и характеру маневрирования похоже, что они присутствовали.

В целом можно сказать, что группировка противолодочных сил НАТО, собранная в этом году, выглядела весьма представительно, хотя в её состав входили корабли постройки середины 1990-х и начала 2000-х годов. Не так чтобы совсем новые, но способные решать свойственные им задачи.

Примечательно участие норвежского судна G.O.Sars, которое было разработано и построено специально для проведения морских научных исследований. На его борту имеются семь лабораторий с самой современной техникой и подводный аппарат Argus, способный погружаться на глубину до пяти километров. Привлечение к манёврам судов такого типа не является единичным случаем. Например, в Dynamic Mongoose-15 в паре с норвежским НИС H.U. Sverdrup II работало аналогичное судно НАТО Alliance.

Следует подчеркнуть, что к проведению прикладных морских научных исследований в США и НАТО относятся весьма серьёзно. В этих целях американцами был создан военно-морской центр подводной войны (NUWC) со штаб-квартирой в Ньюпорте (штат Род-Айленд). Два его филиала - Атлантический и Тихоокеанский, расквартированы там же в Ньюпорте и в Кейпорте (штат Вашингтон) соответственно. У НАТО имеется Центр морских исследований и экспериментов (CMRE) в итальянской Ла-Специи, где проводятся научные изыскания по темам акустики и акустических систем, создания морского подводного оружия.

Тактика подводной войны

Важно иметь в виду, что НАТО не делает секрета о своих далеко идущих целях. На сайте MARKOM с анонсом учений присутствует аббревиатура ASW, означающая Anti-Submarine Warfare (с англ. - противолодочная война). Проблемами подводного противостояния США и Великобритания занимаются со времён Первой мировой. Но если тогда подводная война была направлена против подводных лодок Германии, Италии и Японии, то с образованием Североатлантического альянса - исключительно против подводников Советского Союза, а теперь и России.

Термин ASW, принятый в странах НАТО, охватывает комплекс мероприятий по борьбе с субмаринами на морских (океанских) театрах военных действий. К основным из них относятся поиск, обнаружение и уничтожение (в военное время) подводных лодок противника, а также сил и средств обеспечения их боевой деятельности. В общем-то, это не является секретом, и так понятно, что на учения «мангустов» выходил не яхт-клуб.

Ещё в разгар холодной войны во всех советских учебниках по тактике ВМФ говорилось о разработке командованием НАТО как минимум двух концепций борьбы с подводными лодками, одна из которых под названием «сдерживание» предполагала построение противолодочных рубежей с использованием географических условий морских ТВД. Не стала исключением и книга начальника кафедры тактики ВМФ Высшего военно-морского училища радиоэлектроники им. А. Попова капитана 1 ранга Владимира Хвоща «Тактика подводных лодок», ставшая настольной для флотских офицеров. Один из таких рубежей в Северной Атлантике, согласно учебнику, располагается между Гренландией и Норвегией с Великобританией.

Сейчас в глобальной информационной сети можно найти и другие варианты, но смысл остался неизменным - эшелонированное построение манёвренных противолодочных сил НАТО с целью воспрепятствования развёртыванию наших подводных лодок в Атлантику. География не изменилась, и из пятнадцати кораблей, принявших участие в Dynamic Mongoose-23, вполне возможно создать не менее пяти корабельных поисковых ударных групп (по одной КПУГ из трёх кораблей на район), а ещё четыре занять подводными лодками, вероятнее всего из США, Великобритании и Норвегии.

В разные годы к учениям «мангустов» привлекались «потаённые суда» Германии, Португалии, Франции, Канады и даже Швеции. А исландские корабли береговой охраны вполне могут исполнять роль дозорных. Тогда чисто арифметически всё сойдётся с вариантом, по которому нас учили ещё в прошлом веке: восемь районов на восемь поисково-ударных комплексов при поддержке самолётами базовой патрульной авиации НАТО.

Одно из ключевых мест в этом построении по-прежнему принадлежит авиабазе Кефлавик. По данным из открытых источников, самолёт БПА P-8 Poseidon при боевом радиусе 3700 км (по другим данным 2200 км) способен осуществлять патрулирование в назначенном районе в течение 10,5 часа. Основным средством поиска подводных лодок является комплект радиогидроакустических буёв (РГАБ) пассивного типа AN/SSQ-125, AN/SSQ-101 и других, способных работать до 6 часов.

Примечательно, что на вооружении P-8 Poseidon стоят и буи активного типа AN/SSQ-110A. Если точнее, то взрывного, так как РГАБ имеет два заряда взрывчатого вещества и работает в паре с AN/SSQ-101 в системе ADAR. Не о таких ли говорил журналист Сеймур Хёрш в статье о диверсии на «Северных потоках»?

Кроме американских P-8A Poseidon в Исландии, аналогичные самолёты стоят на вооружении Великобритании и Норвегии. Как самостоятельно, так и по данным стационарной гидроакустической системы SOSUS, они способны оперативно вскрывать подводную обстановку в обширной акватории. Оборудованные интегрированной поисково-прицельной системой, помимо РГАБ, эти самолёты могут нести до девяти тонн вооружения - противокорабельные ракеты AGM-84 Harpoon, торпеды Mark 54, морские мины и авиабомбы.

Следует иметь в виду, что созданный на время проведения натовских манёвров противолодочный рубеж постоянно не функционирует. Как-то странно получается: собрались противолодочные силы и… разбежались. А как же тревожные посылы из Брюсселя?

Подводная «мигрень» в запущённой форме

Анализ состава участников учений Dynamic Mongoose, начиная с 2014 года, показывает, что со стремительностью у «мангустов» дела не ладились, а на фоне пандемии COVID-19 многие учения НАТО проводились по сокращённой программе. Следует полагать, что резкий всплеск активности связан не только с проведением СВО на территории Украины, но и с появлением у руководства альянса «головной боли» от наших современных подводных лодок и иных технических средств.

Впрочем, симптомы «мигрени» у командования США и НАТО проявлялись и ранее, например, в 1962 году, в период Карибского кризиса, четыре советские дизельные подводные лодки проекта 641 (по натовской классификации Foxtrot) по плану операции «Кама» прошли незамеченными до берегов Кубы. Их развёртывание из губы Сайда на Кольском полуострове началось 1 октября, а информация о высокой активности советских подводных лодок в Западной Атлантике стала доступна американцам только через две недели. Но, не имея достоверных сведений о составе этой группы и замысле предстоящих действий, штаб противолодочной войны (ASW) вынужден был организовывать поисковые действия в обширном районе.

Необходимо отметить, что в этот же район была переразвёрнута ещё одна подводная лодка проекта 611, которая вышла в море раньше для ведения разведки. Именно эту лодку (Б-75) и обнаружили в надводном положении, когда она принимала топливо от танкера «Терек». Всего, по данным американских источников, с 22 октября по 5 ноября 1962 года их противолодочные силы имели 29 контактов с подводными объектами, из которых подтверждёнными были только семь! Нетрудно догадаться, что для обработки результатов потребовалась очень высокая напряжённость противолодочных сил. Другими словами - американцам пришлось изрядно «вспотеть».

Например, против Б-59 действовала авианосная поисково-ударная группа (АПУГ) с авианосцем Randolph (8-11 кораблей охранения). Против Б-130 - АПУГ с авианосцем Essex (до 4 кораблей охранения) с применением палубной противолодочной и базовой патрульной авиации, но не всегда затраченные усилия давали положительный результат. Известно, что 11-я эскадрилья БПА с авиабазы Argentia (Ньюфаундленд) с 22 октября по 14 ноября совершила впустую 9000 боевых вылетов.

Позже, в середине 1980-х, на взлёте нового витка гонки вооружений, подводники 33-й дивизии Северного флота дважды в рамках операций «Апорт» (1985) и «Атрина» (1987) развёртывались к восточному побережью США. В обоих случаях было задействовано по пять атомных субмарин проекта 671 РТМ (по натовской классификации Victor III). Во взаимодействии с самолётами противолодочной авиации Ту-142М, взлетавшими с аэродрома Сан-Антонио на Кубе, в ходе операции «Апорт» были вскрыты районы боевого патрулирования американских ПЛАРБ.

К слову, во время второй операции «на уши» был поставлен не только Атлантический флот США, но и Королевский флот Великобритании. После выхода лодок из Западной Лицы против наших подводников стали действовать американские самолёты БПА, три корабельные поисково-ударные группы, три новейших корабля гидроакустической разведки и АПУГ во главе с британским авианосцем Invincible. Тем не менее нашим лодкам удалось оторваться и скрытно занять назначенные районы.

Некоторые сравнивают акваторию между Гренландией и Норвегией с бутылочным горлышком. На всякий случай, это, с учётом островов - около 1500 километров. Для сравнения: немного протяжённее в далёком 1962 году была линия карантинной зоны севернее Багамских островов, в которой против советских подводных лодок и торговых судов с военными грузами на Кубу было развёрнуто до 180 кораблей ВМС США с авиацией. По воспоминаниям участника тех событий с американской стороны Питера Хухтхаузена, метались они там тогда не по-детски.

Позже, причём тоже скрытно, преодолевали эти стратегические (по Столтенбергу) «ворота» и последователи участников операций «Кама», «Атрина» и «Апорт». Так, в 2020 году крейсерская атомная подводная лодка К-335 «Гепард» под командованием капитана 1 ранга Дмитрия Маслова (кстати, выпускника ВВМУРЭ им. А.С. Попова), преодолев Атлантику, снова поставила «на уши» противолодочные силы американцев у восточного побережья США.

И примеров таких было достаточно, но это пока что не для печати. Одно можно утверждать с полной уверенностью: будут и другие эпизоды форсирования «бутылочного горлышка» имени Йенса Столтенберга. Так что скучать «мангустам» не придётся.