Ливийское перемирие неизбежно, как крах капитализма, и далеко, как призрак коммунизма

Конференция по Ливии в Берлине, в которой принимал участие Генеральный секретарь ООН Антониу Гуттериш, должна была стать как бы очередным шагом к мирному урегулированию после состоявшихся 13 января в Москве межливийских переговоров с участием России и Турции. С другой стороны, что тоже примечательно, Берлин, который в последнее время был не слишком заметен на международной арене, наконец-то решился попытать счастья на ниве посредничества.

Таким образом, Германия, как одна из ведущих западных держав, получила возможность, во-первых, немного снять досаду из-за того, что она была вынуждена признать возросшее влияние России и Турции на ливийские дела, во-вторых, затея с конференцией льстила профессиональному честолюбию немецких дипломатов.

После четырёхмесячной подготовительной работы на свет появился итоговый документ из 55 пунктов, пожалуй, чересчур подробно разъясняющий, как покончить с войной. Например, в одном из разделов речь идёт об усилиях, которые нужно принять для устойчивого прекращения огня, в другом (также подробно) - о политическом процессе, много раз срывавшемся в Ливии за прошедшие годы, а также о решении экономических проблем, что предусматривает доступ всех сторон конфликта к природным богатствам страны. Естественно, не были обойдены стороной гуманитарные проблемы и права человека. Казалось бы, проделана огромная работа...

Если судить по трудозатратам дипломатов, так оно, наверное, и есть. Однако, как считает ведущий специалиста ИМЭМО Виктор Надеин-Раевский, эффективность всей этой деятельности, скорее всего, окажется близкой к нулю - слишком сложен ливийский кризис и не слишком договороспособными выглядят его участники, причём не только основные. Как известно, в стране насчитывается более 120 только крупных племён, не считая мелких, и позиции старейшин нередко меняются в зависимости от конъюнктуры. Поэтому я бы не стал бы сейчас говорить о безусловной эффективности всех рекомендаций, принятых на конференции. И дело не в том, насколько хорошо они продуманы, а в ливийской действительности, все нюансы которой учесть вряд ли возможно.

Достаточно вспомнить, что попытки договориться уже предпринимались - в 2015 году на конференции в Риме, потом в Вене (2016 г.), затем в Париже (2018 г.) и в Палермо (2018 г.), а кроме того, переговоры Сараджа и Хафтара прошли в Каире и следом в Абу-Даби в 2017 году. Результаты оказались почти нулевыми. Если сторонам и удавалось добиваться минимального прогресса, то только по второстепенным вопросам. По основным проблемам, главным образом касающимся дележа власти, позиции сторон не изменились ни на йоту.

Что касается нынешней конференции, то единственным предложением по мнению Надеина-Раевского, внушающим некоторую надежду, стала рекомендация создать военный комитет, в который должны войти по пять человек от Ливийской национальной армии Халифы Хафтара и сил Правительства национального единства (ПНЕ) Фаиза Сараджа. Эти люди должны будут под наблюдением ООН разрабатывать меры повышения доверия. Правда, стороны едва успевшие согласиться на перемирие 12 января, сразу стали жаловаться друг на друга, обвиняя в несоблюдении условий огня, что заставляет сомневаться в осуществимости любой инициативы. Тем не менее, по словам главы МИД РФ Сергея Лаврова, решение о формировании военного комитета позволяет говорить о том, что на конференции сделан хоть и маленький, но верный шаг вперёд.

Ещё один важный момент связан с практически единодушным отказом участников Берлинской конференции поддержать Эрдогана, намеревающегося осуществить военное вмешательство в Ливию и частично уже осуществившего свое намерение. Во многом добиться этого удалось благодаря тому, что организаторы форума «технически» ограничили число участников - приглашения на конференцию не отправили Катару и Тунису из опасений, что они выступят в поддержу Анкары.

Неудача с проталкиванием военной интервенции, разумеется, рассердила главу Турции и заставила его раньше времени покинуть Берлин. Поэтому твёрдых гарантий, что Анкара откажется от своих планов, не существует. Тем более, что ещё перед началом Берлинской конференции Эрдоган, известный своей настойчивостью, опубликовал статью, в которой призвал Европу санкционировать военную операцию против Хафтара, доверившись турецкой армии.

В целом Россия положительно оценивает итоги конференции, считает её полезной, поскольку, как говорит Сергей Лавров, конференция «пополнила копилку идей, предлагаемых международным сообществом». Возможно, это и особое мнение, но здесь надо учитывать, что без России, которая пользуется доверием Халифы Хафтара и поддерживает более или менее нормальные отношения с Фаизом Сараджем, разговор в Берлине в принципе был бы невозможен. Именно в силу таких причин и удалось убедить Хафтара пойти на прекращение огня, пусть даже не везде и не строго соблюдаемого.

Хотя нельзя исключить и тот вариант, что Хафтар использует передышку для перегруппировки сил. Полевые маршалы такие же непредсказуемые, как любые вожди племён.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.