Союзное государство споткнулось о… Лукашенко

Баррели «империи» и «свободы»

Напомним, что согласно контракту, действие которого закончилось 1 января 2020 г., Белоруссия получала от РФ нефть по цене 83% от стоимости нефти марки Brent, то есть со скидкой в 17%. (Рис.1)

Это составляет $8,83 за баррель при средней цене в $60. Камнем преткновения стала так называемая премия нефтяных компаний в размере $10 за тонну, т.е. $1,37 за баррель. В реальности же эта сумма является не премией, а прибылью нефтяных компаний, поскольку, согласно законодательству России, цена нефти для потребителей формируется с учётом себестоимости добычи продукта, его транспортировки и надбавки, формирующей прибыль, которая остаётся в бюджете компании.

Таким образом, Минск требует продажи нефти по себестоимости, без учёта прибыли частных компаний-поставщиков. В отличие от российских потребителей, которые «премию» послушно платят.

Ещё один проблемный вопрос - налоговый манёвр России, вследствие которого цены на внутреннем рынке РФ (и для Белоруссии тоже), сравняются с ценами на внешнем, что лишит Минск доходов от переработки и реэкспорта российской нефти, получаемых за счёт разницы внутрироссийских и мировых цен.

Справка

В соответствии с действовавшим ранее контрактом, Белоруссия имела право беспошлинно получать 24 млн тонн нефти в год, из которых 6 млн тонн разрешалось пускать на реэкспорт. Нефтепродуктов же, произведённых из российского сырья, эти ограничения не касались, что, по сути, являлось прямым субсидированием Россией белорусской экономики. По данным МВФ, с 2005 по 2015 г. Россия влила в белорусскую экономику около $106 млрд, что составляло от 11% до 27% белорусского ВВП. За счёт беспошлинной продажи нефти и скидок на газ в 2011 - 2016 гг. Белоруссия получила от России $48,4 млрд, что в восемь раз больше, чем объём прямых субсидий за то же время.

Получая эту своеобразную «союзную ренту», Минск несколько позабыл о том, что по соглашениям, на которые он ссылается, белорусы были обязаны возвращать России таможенную пошлину за нефтепродукты, и поставлять в Россию бензин, который производился из её сырья. Естественно, этого не делалось.

Основным потребителем белорусских нефтепродуктов стала Украина, которая на белорусской солярке ведёт войну против жителей Донбасса.

По оценке белорусской стороны, налоговый манёвр принесёт стране «убытки» в $10-11 млрд. Но насколько в принципе корректно говорить об убытках, наносимых экономике Белоруссии, и компенсациях, которые якобы должны получать предприятия независимого иностранного государства, на чём Лукашенко настаивает особо?

В качестве варианта решения проблемы распространения на белорусские НПЗ российских правовых норм, касающихся «обратного акциза», Москвой было предложено использовать положения Договора о союзном государстве России и Белоруссии от 1999 г., в котором предусмотрены меры гармонизации законодательства двух стран. Касаются они и налоговой политики. Но именно разделы, наиболее важные для поддержания белорусской экономики на плаву за счёт энергетической сферы, А. Лукашенко категорически отказался подписать, не гнушаясь откровенной ложью.

Россия в устах Лукашенко превратилась в угрозу суверенитету Белоруссии, российская нефть - в некачественный товар, с помощью которого Москва сознательно пытается уничтожить белорусскую экономику, а союзная повестка - в попытку ликвидировать занимаемый Александром Григорьевичем пост президента.

На волне этих спекуляций глава Белоруссии отправился искать «баррели свободы», которые ему, по аналогии с «молекулами свободы» в виде американского СПГ, тут же предложил Майк Помпео. Попытка, нужно сказать, не первая. В 2010-2012 гг. «Бацька» уже закупал «свободную» азербайджанскую и венесуэльскую нефть, которая обошлась в разы дороже «имперской» российской. На сей раз «баррелями свободы» стали 80 тыс. тонн норвежской нефти, поступившие на белорусские НПЗ через прибалтийские порты. Ну что ж, за «независимость» нужно платить. Даже если на неё никто не покушается.

Момент истины?

Как изящно выразился Александр Лукашенко, в отношениях возглавляемой им страны с Россией наступил момент истины. Правда, заключается он не в том, что Москва отказывается продавать «союзнику» энергоносители себе в убыток. И возник он далеко не в конце 2019 года, когда произошёл срыв подписания «дорожных карт» по развитию Союзного государства, а гораздо ранее.

Корень проблемы заключается в том, что белорусская экономика в своём нынешнем виде является системно убыточной. В начале 2000 г. валовой внешний долг республики составлял всего $2,1 млрд, сегодня он достиг $38,676 млрд. Из них государственный долг составляет $17,1 млрд.

На диаграмме чётко видно, какими темпами росла задолженность Белоруссии (рис.2).

Если в 1996 г. каждый белорусский гражданин был должен 188 долл., то к 2018 г. задолженность выросла до 4.120 долл. (Рис.3). Если учесть размеры российских скрытых субсидий, которые так и не помогли преодолеть рост долгового бремени, возникает закономерный вопрос, может ли Белоруссия далее существовать в этом же режиме.

При этом системообразующие отрасли белорусской экономики ориентированы, в первую очередь, на рынки стран СНГ. Так, несмотря на все усилия по диверсификации внешней торговли, около 80% экспорта сельскохозяйственной продукции поставляются в Россию. Это же касается промышленных товаров. На СНГ приходится 85% продукции МТЗ, в страны СНГ в 2018 г. поставлено 399 из 484 выпущенных БелАЗов. РФ по итогам 2019 г. занимает 38,3% внешнеторгового оборота РБ и, несмотря на утверждения А. Лукашенко о стремлении России удушить экономику возглавляемой им страны, приобретает готовую продукцию в обмен на сырьё. (Рис. 4)

В то же время из-за ручного управления экономикой и хронического недоинвестирования Белоруссия постепенно начинает отставать от своих партнёров по Евразийскому союзу, которые проводят широкомасштабные программы импортозамещения и развития инфраструктуры. Это касается, опять же, России, достигшей в 2018 г. полного самообеспечения по мясу, зерну и маслу. Впереди - молочная продукция, которая играет важную роль в экспорте РБ. Благодаря строительству собственных портов и трубопроводов постепенно теряет эксклюзивность и энерготранзитный потенциал Белоруссии.

Лукашенко же, привыкший эксплуатировать доставшийся от СССР производственный и инфраструктурный потенциал, весьма своеобразно понимает союзнические отношения, принимая меры по развитию экономики России за некие специально направленные против его страны шаги.  

Тем не менее процесс экстенсивного развития белорусской экономики себя объективно исчерпал, потому тем или иным образом придётся проводить реформы. Свой вариант, опираясь на существующий Договор о Союзном государстве и просьбы об экономических преференциях со стороны самого А. Лукашенко, предложила Россия. Тогдашний премьер-министр России Дмитрий Медведев выразил готовность как отменить соглашение и сосредоточить работу в рамках ЕАЭС или оставить союзное строительство на прежнем уровне, так и доработать документ, совместно определив сферы сближения.

Если посмотреть Союзный договор, там прямым текстом указано, что «каждое государство-участник сохраняет с учётом добровольно переданных Союзному государству полномочий суверенитет, независимость, территориальную целостность, государственное устройство, Конституцию, государственный флаг, герб и другие атрибуты государственности». На переговорах же, сорванных белорусской стороной, не обсуждался вопрос создания и формализации союзных органов власти. Тем не менее в риторике А. Лукашенко чётко зазвучала «борьба за суверенитет».

В мутной воде западные НПО водятся

Обострившееся в 2014 г. геополитическое противостояние России и США трансформировалось в войну санкций, внешнеполитическое и военное напряжение в Европе. Поводом для эскалации послужил осуществленный администрацией Барака Обамы и странами ЕС государственный переворот на Украине, а причиной - глобальная трансформация мировой экономики. Согласно прогнозам всех ведущих финансовых организаций, к 2030 году объединённый Запад потеряет лидирующее положение. Если на момент заключения Бреттон-Вудских соглашений экономика США составляла 60% от мировой (без социалистического лагеря), то в 2019 г. её доля сократилась до 23,9%. При этом в 2015 году суммарный ВВП стран БРИКС превзошёл ВВП G7, а в 2020-м превзойдёт суммарную долю экономик ЕС и США. По прогнозам Мирового банка, доля Евросоюза в мировом ВВП по ППС снизится с зарегистрированных 20,8% в 2007 г. до 18,6% в 2020 г. и до 15,5% в 2030 г.

Данные процессы обусловили усиление конкурентных войн не только между Западом, с одной стороны, и Россией и Китаем, с другой, но и между США и странами Европы. Интеграционные процессы на пространстве СНГ всегда были мишенью Вашингтона и Брюсселя. Сейчас к ним добавились попытки воспрепятствовать развитию китайского проекта «Один пояс - один путь». В центре этого узла находится основатель всех интеграционных процессов и активный участник ОПОП - Белоруссия.

Стремясь к сохранению личной власти, Александр Лукашенко пытается играть на противоречиях великих держав. Процесс начался далеко не вчера и даже не с момента реинкарнации Союзного государства.

Как отметил бывший сотрудник центрального аппарата МО РФ, участник рабочей группы по созданию региональной группировки войск (сил) РФ и РБ в Белоруссии Владимир Трухан, Минск передал представителям НАТО предварительный план применения сил и средств совместных российско-белорусских военных учений «Запад-2017», а в целом «большинство сюжетов стало ясно ещё в 2009 году, когда мы приехали в Минск. Мы поняли, что ничем серьёзным они заниматься не собираются, что мы играемся в какие-то игры. Как только мы о чём-то начинали говорить всерьёз, эти вопросы тонули в рутине совещаний».

С 2015 г. под эгидой главы МИД РБ Владимира Макея начался диалог с фондом К. Аденауэра, который финансирует мероприятия экспертной инициативы «Минский диалог» с участием дипломатов ЕС и США, проходящие в закрытом режиме. Активизировались связи с силовыми структурами НАТО. А в ноябре 2018 г. Белоруссию посетили эксперт Центра по анализу европейской политики, бывший командующий Сухопутными войсками США в Европе генерал Б. Ходжес, старший директор Центра Дж. Байдена по глобальному взаимодействию, бывший помощник министра обороны США по России, Украине и Евразии М. Карпентер, президент Джеймстаунского фонда Г. Ховард и эксперт Rand Corporation Б. Мак-Клинток. Поездку организовал Джеймстаунский фонд, занимающийся улучшением имиджа руководства РБ в США.

Союзник России, который не признал ни независимость Абхазии и Южной Осетии, ни российский статус Крыма, активно насаждает на своей территории исторические концепции «литвинства», национализм, культ БНР, проводит мягкую белорусизацию, вытесняет из органов власти и СМИ сторонников союзнических отношений с Россией и не препятствует работе западных НПО.

Пора определиться, на чьей ты стороне

У многих возникает вполне закономерный вопрос, по какой причине Россия не «защищает» Белоруссию от посягательств своих геополитических конкурентов. Защищает. Этой защитой является подписание и реализация интеграционных «дорожных карт» Союзного государства, что позволит мягко трансформировать белорусскую экономику, обеспечив её рост и переход на самообеспечение собственными силами.

США и их восточно-европейские партнёры предлагают вступление в ВТО, реформирование экономики и «демократию». В частности, президент Европейского банка реконструкции и развития Сума Чакрабарти приглашает А. Лукашенко посетить европейские страны и обещает содействие в получении инвестиций, но при условии проведения либеральных реформ. Минторг США, в свою очередь, начал процедуру изучения целесообразности перевода Белоруссии в категорию стран с рыночной экономикой. Появление Майка Помпео с нефтяными предложениями также не случайно.

В августе 2019 г. Белорусская нефтяная компания наняла за $60 тыс. американского лоббиста Дэвида Генкарелли, чтобы получить разрешение на закупку американской сырой нефти. То есть, Минск начал переговоры задолго до того, как отказался подписать «дорожные карты» с Россией и от скидок на нефть.

Для самих же США, планирующих к 2024 г. стать лидером по экспорту нефти, важно застолбить за собой хотя бы часть восточноевропейского рынка и вытеснить с него Россию. От российской нефти постепенно отказывается ведущий союзник США в Европе Польша, а балтийские порты, потерявшие российский трафик, крайне заинтересованы в транзите американской нефти в Белоруссию. Кроме того, в конгрессе США возобновилось обсуждение закона NOPEC, направленного против ОПЕК и ОПЕК+. Под видом борьбы с «монополией» нефтедобытчиков Вашингтон стремится создать картель из американских нефтяных гигантов, вводя санкции против других нефтедобывающих стран.

Кроме того, вовлечение Белоруссии в орбиту влияния США и Восточной Европы, позволит реализовать давнюю идею Збигнева Бжезинского о формировании антироссийской Балто-Черноморской дуги, которая должна отсечь Россию и Китай от Западной Европы. Свои экспансионистские планы не скрывает замминистра иностранных дел Польши Павел Яблонский, открыто заявивший, что «проблема Беларуси будет ключевой. Если мы не сделаем ей реальное предложение о партнёрстве, мы потеряем шанс привязать её к ядру Центральной Европы».

Формирующийся на северо-западе от России военный кулак НАТО и озвученные «мозговыми центрами» США планы по отсечению от России Калининградской области резко повышают роль Белоруссии в этих стратегических планах. Речь идёт о Сувалкском коридоре, истерию по поводу захвата которого в случае формирования Союзного государства нагнетает Варшава. В ответ на резкую реакцию Минска на проведение учений НАТО Defender Europe 2020 Альянс готов обеспечить реализацию «мер доверия» с властями РБ. Белоруссия, наряду с ЕАЭС, является также членом ОДКБ и военным союзником России. Безусловно, «повышение доверия» между Белоруссией и Вашингтоном будет означать снижение доверия со стороны Москвы.

Действительно настал момент определиться, в каком из союзов желает пребывать Белоруссия и желает ли вообще. Сохранение «многовекторности» страны выгодно США, поскольку критически ослабит члена Евразийского союза и СНГ, крайне невыгодно Белоруссии и сомнительно, чтобы было выгодно стремящемуся сохранить абсолютную власть Александру Лукашенко.

Что же касается «потери Белоруссии» для России, данное утверждение несколько сгущает краски. Речь в настоящий момент идёт о глубине интеграции, а не об отношениях с Минском в целом. Оба государства связаны значительной договорно-правовой базой в рамках СНГ и Евразийского союза, которая не является объектом пересмотра. Об уходе Белоруссии на Запад говорить также явно преждевременно. В свете проводимой А. Лукашенко политики создание Союзного государства может быть избыточным. Стоит ли создавать государство, хотя и союзное, с партнёром, который не определился с предпочтениями? Задуматься, прежде всего, необходимо самому Александру Григорьевичу, чтобы самому себя не перехитрить.