Казус Афганистана: кому разгребать американские конюшни

Американские военные так и не выполнили ни одной из тех задач, которые они ставили перед собой перед вторжением в Афганистан 20 лет назад. Вашингтон вчистую проиграл войну талибам (здесь и далее - боевики организации под санкциями ООН за террористическую деятельность), которые вернулись к власти в стране. А ведь ради их разгрома и был спланирован поход на Афганистан. В стране продолжают активно действовать и при этом находят для себя надёжные убежища такие соперничающие с талибами террористические организации, как «Аль-Каида» и Исламское государство (здесь и далее - террористические организации, запрещённые в РФ).

Американцы оставили зловонное наследство

Некоторые проблемы за эти 20 лет заметно обострились по вине самих американцев. Это касается, прежде всего, производства и распространения наркотиков, с которыми талибы успешно боролись до начала американской оккупации (их производство тогда упало в 100 раз, а после возвращения в Афганистан США почти так же стремительно выросло), а также избытка современного оружия, по сути брошенного (или специально оставленного талибам) американцами при их фактическом бегстве из страны. Кроме того, по-прежнему существует опасность дальнейшего распространения в соседних с Афганистаном странах экстремистской идеологии, усиления подрывной деятельности джихадистов, развязывания внутренних конфликтов, что угрожает как региональной стабильности, так и существующим режимам в странах Центральной Азии.

От перечисленных выше проблем нельзя просто так отмахнуться, забыть о них или проигнорировать. Они требуют скорейшего решения. Разумеется, можно и дальше, причём вполне справедливо, злословить и даже злорадствовать по поводу провального бегства «тупых американцев» из Афганистана. Они, право, несомненно этого стоят со своим лицемерием, подлостью, цинизмом. Но весь фокус в том, что задачи, как нерешённые США, так и обострившиеся после их ухода, а также вновь появившиеся, всё равно придётся решать, в том числе и Москве со своими союзниками. Американцы, по сути, как бы передают нам эти проблемы по наследству, делают нам, как говорится, предложение, от которого мы не можем отказаться.

Причём для них это ничего не стоит, а вот нам с союзниками, скорее всего, придётся раскошелиться. И цена этому может, по мнению ряда аналитиков, оказаться для Москвы сопоставимой с нашими издержками на украинском и балтийском направлениях, а для Пекина - на направлениях Тайваня, Гонконга и островов в Южно-Китайском море.

Они взяли и ушли, на всё наплевав, потому что такое поведение вполне вписывается в новую внешнеполитическую и геополитическую стратегию президента Байдена, согласно которой США уходят или, по крайней мере, сокращают своё присутствие на Большом Ближнем Востоке, концентрируя внимание на Индо-Тихоокеанском и Европейском регионах. А нам теперь придётся выгребать из Афганистана всё американское дерьмо, которое они там оставили вместе с хаосом. Не случайно глава российского МИД Сергей Лавров заявил, что Москва не испытывает чрезмерного чувства радости в связи с уходом американцев из Афганистана. Как-никак, но в течение 20 лет эта проблемная страна, эта «ловушка империй» находилась, пусть под плохим, но всё же присмотром, и не нуждалась со стороны России в таком внимании, какое требуется сегодня. Это время закончилось.

В этой связи перед Москвой и её центральноазиатскими союзниками возникает как минимум несколько угроз.

Во-первых, это неконтролируемый поток беженцев, среди которых могут быть члены джихадистских организаций.

Во-вторых, распространение терроризма и исламского радикализма, подрывная деятельность.

В-третьих, распространение наркотиков.

В-четвёртых, избыточное количество современного оружия.

Распространение радикального исламизма, террористическая и подрывная деятельность

Победа талибов над американцами вне всякого сомнения воодушевила террористические и радикальные исламистские организации на новые преступления, в том числе захват территорий, необходимых для построения «халифата», совершения терактов, вербовки новых членов. Непосредственную угрозу национальной безопасности России и стран Центральной Азии представляют вооружённые формирования джихадистов и их идеологические центры. Большая их часть была уничтожена в России и в Центральной Азии в ходе обеих чеченских войн, антитеррористических операций и боевых действий, которые велись ещё в 1990 - 2000-х годах. Другие оказались частично вытеснены за рубеж, получили там приют от «Талибана» (здесь и далее - организация под санкциями ООН за террористическую деятельность), «Аль-Каиды», Исламского государства, присягнули на верность их главарям. В составе более крупных группировок воевали в Сирии, Ливии, Ираке, Йемене, других странах Ближнего и Среднего Востока, Северной Африки, в странах Сахеля. Некоторые террористические группировки залегли на дно, превратились в спящие ячейки и ждут удобного случая, чтобы снова заявить о себе.

По данным заведующего Центром научно-аналитической информации Института востоковедения РАН Николая Плотникова, к наиболее заметным и опасным группировкам в Центральной Азии можно отнести запрещённые в РФ узбекские группировки «Катибат имам аль-Бухари», названные в честь учёного IX века аль-Бухари родом из Бухары, Катибат ат-Таухид валь Джихад (КТД), Союз Исламского Джихада (СИД), таджикская «Джамаат Ансарулла» (ДА) и уйгурское «Исламское движение Восточного Туркестана» из Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая. Все они признаны террористическими и запрещены как в России, так и в странах Центральной Азии и Китае. По некоторым данным, большинство боевиков КИБ, КТД и СИД это этнические узбеки, выходцы из Южной Киргизии. Точная численность группировок неизвестна, но по некоторым сведениям, она может достигать нескольких сотен человек.

Находясь на территории Афганистана, они сражались против правительственной армии и полиции этой страны в составе формирований талибов, которые дали им приют после того как были разгромлены в Таджикистане, Узбекистане и Киргизии в 1990-х годах. В 2015 году часть сил КИБ и КТД была переброшена в Сирию, где присягнула на верность «Аль-Каиде». Их боевики также воевали в провинциях Идлиб, Алеппо, Хама, Хомс, Латакия. Боевиками КИБ в Сирии командовал Салахуддин аль-Узбеки, связанный с Сиражуддином Хаккани из «Аль-Каиды». После гибели аль-Узбеки командование перешло к этническому узбеку Абу Юсуфу аль-Мухаджиру.

Что касается боевиков КТД, они входят в группировку «Хайят Тахрир аш-Шам» (запрещена в РФ). Правда, по другим данным, они вернулись в Афганистан и действуют там под руководством Исламского движения Узбекистан (ИДУ), которое сейчас носит название «Исламской партии Туркестан». Представительства КИБ и КТД также имеются в Турции. Через них деньги поступали в Афганистан по системе финансовых расчётов известных как «хавала». Перечисленные выше группировки готовы действовать в Центральной Азии с целью свержения существующих правительств и установления халифата.

В России и без Средней Азии, не говоря уже об Афганистане, такого «добра» хватает с избытком. Чуть ли не каждую неделю ФСБ и МВД России сообщают об арестах или ликвидации отдельных боевиков и их главарей или целых банд, входящих не только в перечисленные выше организации, но и в такие международные террористические сети, как «Ат-Такфир валь-Хиджра», «Хизб ат-Тахир аль-Ислами» (запрещены в РФ) и другие. Сообщения приходят не только из Москвы и Санкт-Петербурга, не только из Татарии, Башкирии, Кавказа, Поволжья и других районов компактного или преимущественного проживания мусульман, но и из других, вполне русских, славянских и даже православных районов.

Обещания талибов бороться с ИГ и не стремиться к созданию отдельного исламского государства где-то ещё кроме Афганистана могут всего лишь внушать робкие надежды, что так и будет, но, к сожалению, не дают никаких гарантий.

Производство, переработка и транспортировка наркотиков

Когда талибы впервые пришли к власти в Афганистане в середине 1990-х, они довольно быстро разобрались со своими наркодельцами. Стоило одному из лидеров талибов мулле Омару заявить, что наркотики противоречат исламу, и производство опиума примерно за год, а то и меньше, упало ровно в сто раз. В мире сразу же почувствовался дефицит героина и взлёт цен на него. Зато очень рассердило афганских крестьян, многие из которых жили только благодаря доходам от выращивания и первичной переработки наркотиков.

А вот с приходом американцев в Афганистан всё вернулось на круги своя. Страна быстро превратилась в главного мирового производителя наркотиков.

Крестьянам стало невыгодно выращивать пшеницу, хотя страна остро испытывает дефицит зерновых. За одну тонну пшеницы можно выручить не более 220 долларов, а за тонну мака - более 4 тысяч долларов. Так что от 25 до 30 процентов афганского ВВП так или иначе связано на сегодняшний день с производством, обработкой, транспортировкой и продажей наркотиков. До 75% взрослого населения страны занято в этой области. Для сравнения: в Колумбии в наркобизнесе занято около 6%.

Американцы не только не препятствовали росту площадей, отданных под выращивание мака, но и всячески содействовали развитию этого специфического сектора афганской экономики, что давало им возможность заработать на производстве зелья большие деньги. Более того, при негласной поддержке военных США в Афганистане на губернаторские посты быстро вернулись местные наркобароны. Не редки были случаи возникновения своего рода совместных предприятий по производству наркотиков. Президент Дональд Трамп пытался бороться с наркобизнесом, уничтожая сотни тысяч нарколабораторий с воздуха с помощью бомбардировщиков Б-52 и дронов «Раптор», но вскоре бросил эту затею, понимая, что уничтожать афганские лачуги с помощью стратегической авиации дело малоэффективное.

По данным ООН, в карманы крестьян уходило примерно 10-15% от конечной стоимости опиума. Ещё 5% шло на «налоги» для полевых командиров, 80% оставалось у торговцев, которые делили доходы с чиновниками вплоть до губернаторов. В 2017 году в Афганистане были произведены рекордные 9 тысяч тонн опиума-сырца.

Французский эксперт Жан-Пьер Филиу считает, что талибы на этот раз не будут повторять эксперимент муллы Омара, а постараются сохранить большую часть наркобизнеса, чтобы вырученные за наркотики средства пустить на закупку продовольствия. Главное направление афганского наркотрафика - Европа. Наркотики попадают туда, главным образом, по двум маршрутам. По первому, который проходит через Иран, Закавказье, Россию, Украину, переправляется около 30% наркотиков. По второму - через Таджикистан, Узбекистан, Туркмению, Казахстан, Киргизию и далее через Россию и Украину, проходит до 40% «спецгруза». Кроме того, есть несколько «мелких» маршрутов, которые идут на Ближний Восток, в Африку, Юго-Восточную Азию.

Неконтролируемая миграция

Генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов считает, что существует реальная угроза неконтролируемого потока мигрантов из Афганистана. Вероятность обострения ситуации велика, особенно в случае, если начнётся ухудшение социально-экономического положения. Сам Афганистан не в состоянии обеспечить себя продовольствием и лекарствами. Если не будут предприняты со стороны международных организаций срочные меры, возможно повторение гуманитарной катастрофы и массовый исход людей из страны. Другой фактор связан с желанием людей, привыкших за годы американской оккупации к более или менее нормальным, «цивильным» условиям жизни, а не к драконовским законам талибов.

По приблизительным оценкам российских учёных, до конца текущего года Афганистан могут покинуть ещё около полумиллиона человек. Основным перевалочным пунктом для афганских беженцев всегда был Пакистан, для афганских шиитов - Иран. Относительно небольшая часть афганцев добиралась до Турции. Не исключено, что в этом году этнические узбеки и таджики попытаются в случае обострения обстановки в Афганистане прорваться на территорию Узбекистана или Таджикистана, несмотря на то, что власти этих двух стран закрыли туда въезд, опасаясь проникновения под видом беженцев террористов.