Как не допустить эскалации военных конфликтов современности

Хочу привлечь внимание читателей «Звезды» к серии работ члена-корреспондента Академии военных наук полковника в отставке Бартоша Александра Александровича, посвящённых вопросам гибридной войны, стратегической культуры и трансформации НАТО.

В изданных в 2019-2021 гг. монографиях «Туман гибридной войны. Неопределённости и риски конфликтов XXI века», «Серая зона: театр гибридной войны», «Сдерживание в военных конфликтах XXI века», «Стратегическая культура в конфликтах XXI века» и «Конфликты XXI века. Гибридная война и цветная революция» автор обосновывает выдвинутую им концепцию гибридной войны как новой формы межгосударственного противоборства. Под гибридной войной А. Бартош предлагает понимать координированное использование страной-агрессором многочисленных видов (инструментов) насилия военных и невоенных, нацеленных на уязвимые места страны-мишени с охватом всего спектра социальных функций для достижения синергетического эффекта и подчинения противника своей воле.

На «лестнице эскалации» современных военных конфликтов гибридная война размещается между «политическим кризисом» с повышенной интенсивностью демонстрации военной силы и ограниченной (локальной) «обычной войной».

Это позволяет использовать гибридную войну в системе стратегического политико-военного управления в качестве гибкого и вариативного средства для решения задач при различных военно-политических ситуациях и масштабах использования военной силы. В таком качестве гибридная война представляет собой новое средство для обеспечения эффективного и убедительного неядерного сдерживания.

В монографиях обстоятельно изучаются стратегия гибридной войны как одного из инструментов многомерных вооружённых конфликтов, гибридные угрозы как инструмент воздействия на уязвимости государства. Выделяются факторы гибридной войны: времени, пространства, внезапности, стратегической мобильности. Важное место отводится фактору управляемой критичности и применению технологий «управляемого хаоса».

Автором обосновано понимание «серой зоны» как театра гибридной войны, а именно как среды скрытого противоборства государственных и негосударственных образований, существующего на грани международного вооружённого конфликта, но не переходящего данную грань. В «серой зоне» реализуются так называемые стратегии неопределённости, которые предполагают создание таких условий во всех сферах общественной жизни государства, в которых затруднительно оценивать обстановку, эффективно использовать армию и совершать адекватные, соразмерные политические шаги.

Важное место в операциях в «серой зоне» отводится когнитивной войне как инструменту информационной войны, направленному на мозг человека с целью изменения сознания, усложнения и запутывания процессов познания и анализа. В конечном итоге когнитивная война представляет собой способ использования знаний в целях достижения доминирования в интеллектуальной сфере.

Автор предлагает концепцию «многослойного» сдерживания в «серой зоне», в соответствии с которой при ведущей роли стратегического ядерного и стратегического неядерного сдерживания широко используются доктрины сдерживания посредством отрицания, сдерживания неопределённостью и принуждения.

В условиях острейшего обострения отношений между США и Россией, США и Китаем, наращивания военного присутствия НАТО у границ нашей страны, превращения Украины в плацдарм агрессии против России проблема сдерживания была и остаётся одной из центральных в мировой политике.

Актуальность обращению к этой теме придаёт крах операции США по сдерживанию Афганистана, попытки Вашингтона сдерживать Россию путём военного освоения Украины (сдерживание посредством отрицания), угрозы германского министра обороны применить силу против Москвы, мобилизация американцами союзников с целью сдерживания Китая и пр. В этом контексте обращение автора к вопросам сдерживания представляется весьма своевременным и актуальным.

Монография «Сдерживание в военных конфликтах XXI века» отличается обстоятельным анализом различных видов сдерживания как значимого инструмента внешней политики государств в процессе радикальных изменений мира в условиях становления новых центров силы, разработки новых стратегий и тактик военных конфликтов, преобразований в военно-технической сфере, развития противоборства в информационной сфере, киберпространстве и космосе.

Автор детально анализирует факторы трансформации современной мировой политики, использования подрывных технологий управляемой критичности при подготовке цветных революций, трансгрессии войны и появления гибридных военных конфликтов.

Новизну работы в существенной степени придаёт предложенная автором модель многослойного сдерживания, включающая доктрины стратегического ядерного и неядерного сдерживания в сочетании с доктринами принуждения и сдерживания посредством отрицания.

При этом убедительно показано, что ядром политико-военного стратегического сдерживания в политике национальной безопасности России была и остаётся демонстрация способности при любых самых неблагоприятных условиях осуществить ответный удар возмездия с катастрофическими последствиями для агрессора.

Фундаментом доктрин стратегического ядерного и неядерного сдерживания на основе высокоточного оружия служит его материальная составляющая, которая и формирует внешнюю оболочку модели многослойного сдерживания.

Внутреннюю оболочку модели в виде форм и способов политико-военного сдерживания составляют доктрины принуждения и сдерживания посредством отрицания, построенные на угрозе применения комплекса жёстких политических и экономических мер в отношении «оппонента» ещё до порога применения вооружённых сил.

При этом все виды сдерживания осуществляются в условиях активного противоборства в гибридной войне, сердцевину которой составляют сферы информационных войн и психологических операций, в том числе в СМИ и в блогосфере, в которых участвует большое число государственных и негосударственных акторов, полностью неподконтрольных главным сторонам конфликта. Сказав это, автор раскрывает комплекс проблем, связанных с особенностями сдерживания в конфликтах сложной формы и присущей конфликтам неопределённости и непредсказуемости как важных факторов сдерживания.

Многослойное сдерживание отражает стремление противоборствующих сторон удержаться на грани «холодного» и «горячего» конфликтов за счёт комплексного планирования и проведения операций гибридной войны в «серых зонах» как политическом стратегическом пространстве в пределах которого международная система, балансируя на грани войны и мира, переформатируется под правила нового миропорядка.

Обоснование военно-политических подходов при практической реализации многослойного сдерживания строится на основе анализа комплекса факторов сдерживания в геополитическом противоборстве, включающего определяющую роль стратегической культуры как детерминанта политики сдерживания основных центров силы, построенной на тщательно выверенном балансе силовых и несиловых форм и способов. В этом контексте практический интерес представляет детальное исследование автором доктрин принуждения и сдерживания посредством отрицания как гибких инструментов внешней политики государств.

Для многослойной модели сдерживания обоснована ведущая роль стратегической культуры государств при выборе стратегии и тактики реализации доктрин сдерживания и принуждения.

Особый интерес представляет проведённый автором анализ роли военной техносферы в трансформации доктрин сдерживания, включая сдерживание в космическом и кибернетическом пространствах; значимость указанных сфер в гибридном противоборстве ещё предстоит оценить. Обстоятельно проанализирован многокомпонентный комплекс гибридных угроз как инструментов доктрин сдерживания и принуждения.

С учётом декларированного Вашингтоном намерения сместить усилия по противоборству в современных военных конфликтах в «серые зоны» и расширить применение сил специальных операций важным представляется анализ особенностей доктрин сдерживания и принуждения в «серых зонах».

Анализ отечественных и зарубежных научных работ по взаимосвязи проблем «серой зоны» приводит автора к важным выводам по вопросам соотношения рационального и иррационального измерения применительно к «серым зонам». С учётом специфики «серых зон» подчёркивается, что для сбалансированного и безопасного для сохранения международной стабильности использования инструментов сдерживания важно понимание, что государства склонны с гораздо более высокой вероятностью преувеличивать враждебность другой стороны, нежели преуменьшать её, что характерно для оценок США обстановки в Евро-Атлантике и АТР, построенных на домыслах о мнимых угрозах со стороны России и Китая. В то же время государства (те же США и их союзники), как правило, преувеличивают обоснованность своей собственной позиции и враждебность другой стороны. Хочется отметить, что именно с этой точки зрения проблеме иррациональности уже на протяжении ряда лет уделяется большое внимание в исследованиях по теории сдерживания, и работа А. Бартоша является одной из первых применительно к сдерживанию в гибридной войне.

В этом контексте автором развиты разработанные им ранее концептуальные модели гибридной войны, доктрин сдерживания и принуждения, а также многовариантная модель синхронизации гибридных угроз как инструментов доктрин в межгосударственных военных конфликтах сложных форм.

В заключение хочу отметить, что актуальность поднятых автором вопросов заключается в назревшей необходимости проведения системных исследований феноменов комплекса доктрин сдерживания, включающего ставшей классической доктрину стратегического ядерного сдерживания, стратегического неядерного сдерживания и инструментов гибридной войны, таких как доктрина принуждения и сдерживания посредством отрицания.

С учётом вызовов и угроз национальной безопасности России А. Бартош обосновывает необходимость формирования Межведомственного центра, который в рамках системы стратегического политико-военного управления смог бы возглавить работу по организации противодействия гибридной войне при различных военно-политических ситуациях и масштабах использования военной силы и несиловых форм борьбы. Ещё одним немаловажным выводом является предложение о совершенствовании подготовки кадров, способных оценить опасности гибридной агрессии, прогнозировать возможные варианты её развития и предложить шаги по противодействию. Для этого в программы военных и гражданских вузов целесообразно включить курсы «Гибридная война», «Стратегическая культура».

Написанные Александром Бартошем монографии и учебные пособия представляют интерес для специалистов государственных структур (Министерства иностранных дел РФ, Министерства обороны РФ, Совета Безопасности РФ, Росгвардии), привлекаемых для разработки документов, связанных с обеспечением международной и национальной безопасности Российской Федерации, а также для аспирантов, магистрантов и бакалавров гуманитарных и технических вузов, слушателей военных академий.