Чемпионат мира по футболу в 2022 году вряд ли состоится в Катаре

Служба спасения от террористов

В условиях ухода западных стран из Афганистана дипломатическая ценность оказанных Катаром посреднических услуг резко возросла. Без участия Дохи была бы не возможна ни одна крупная операция, типа масштабных эвакуаций людей в условиях острого дефицита времени, или осуществление других серьёзных мероприятий, требующих согласования с талибами (здесь и далее - боевики запрещённой в РФ террористической организации), например, координации усилий различных государств, направленных на снижение напряжённости в Афганистане или проведение консультаций  перед принятием серьёзных решений заинтересованными странами.

При посредничестве Катара удалось избежать некоторых случаев излишнего кровопролития и жестокости со стороны талибов. Полностью избавиться от таких случаев, к сожалению, не получилось, тем не менее, их количество удалось сократить. В любом случае заслуги Катара в сокращении количества проливаемой талибами крови вполне очевидны.

Примерно половину из 120 тысяч человек удалось эвакуировать непосредственно на территорию Катара и разместить их на американской базе Аль-Удейд. Доха, кроме того, выделила не менее 10 своих самолётов для перевозки людей, и смогла добиться отправки из Афганистана женской школы-интерната, а также группы женщин-робототехников, которым пообещала денежное содержание. Посол Катара лично сопровождал группу американских военных во время их прохода через КПП талибов незадолго до окончания официального срока вывода войск США и НАТО из Афганистана. 

Доха на сегодняшний день стала главным перевалочным пунктом для тех, кто покидает Афганистан, включая и граждан этой страны, и иностранцев.

Через Доху в Кабул отправляются сотни тонн продовольствия, гуманитарных и иных грузов. Роль посредника между талибами и мировым сообществом помогает снять остроту гуманитарного кризиса, от которого не застрахована страна, начинающая новую страницу в своём развитии.

Почему талибы больше доверяют Катару

Разумеется, помимо Катара в качестве международных посредников сегодня можно назвать и Пакистан вместе с Турцией. Однако никто из них не пользуется таким доверием у талибов, как Катар. Турция подпортила себе репутацию тем, что, во-первых, является членом НАТО, блока, который официально воевал против талибов. Во-вторых, слишком навязчиво турки предлагали поначалу свои услуги по охране кабульского аэропорта. Складывалось устойчивое впечатление, что Анкара адресовала свои предложения не столько талибам, сколько американцам. Более того, даже сорвала у Вашингтона благодарность за своё желание лизнуть Америку.  Тогда уже талибы без обиняков заявили, что при таком раскладе они будут относиться к турецким солдатам, как к оккупантам, со всеми вытекающими последствиями. Катару стоило немало сил, чтобы убедить «Талибан» (здесь и далее - террористическая организация, запрещённая в РФ) допустить турок к работам по восстановлению кабульского аэропорта и его охране.

Даже Пакистан, который по праву пользуется репутацией повивальной бабки талибов, пользуется у них меньшим доверием, чем Катар. Хотя, казалось бы, уж кому, кому, а Исламабаду доверять можно. Ведь это пакистанские генералы прятали талибов в горах, давая им и их семьям кров, вооружали их, инструктировали, в конце концов, водили американцев за нос, перекачивая их деньги на содержание «студентов» («Талиб» переводится на русский как «студент» или «ученик». - Авт.) и клялись в искреннем стремлении покончить с ними. Всё равно талибы до конца Исламабаду не верят. Они совсем не беспричинно подозревают Пакистан, определённые его военно-политические круги, в желании, если не до конца раздербанить Афганистан, превратив его в своего рода пакистанский доминион, то, во всяком случае, «прихватизировать» изрядную его часть. Кроме того, многим талибам не нравятся попытки пакистанцев навязать свою волю и Афганистану, и талибам.  

Пришла «арабская весна» и наступила на горло Дохи

Отчего Катар проявлял такую горячую любовь к афганским экстремистам в лице талибов? Начнём с того, что правящий катарский дом ещё задолго до появления на свет божий талибов, начиная чуть ли не с момента получения независимости от Лондона в 1971 году всегда неровно дышал ко всякого рода религиозным экстремистам, выдавая их за представителей политического ислама. Уже в 80-е годы прошлого века сюда бежали в поисках убежища от властей разного окраса экстремисты из Египта, Сирии, Иордании, Марокко и других арабских стран. Все они были так или иначе связаны с запрещённой в России Ассоциацией «Братья-мусульмане», старейшей исламистской организацией, возникшей стараниями Хасана аль-Банны в Египте ещё в середине 1920-х годов. В 1995 году сюда перебрался лидер египетских «братков» Юсеф аль-Кардави.

Кроме того, официальная религиозная доктрина Катара очень близка салафизму. Это особенно наглядно проявилось в 1995 году, когда Хамид бин Халифа Аль Тани (отец нынешнего катарского эмира Тамима бин Хамида Аль Тани) сверг своего родителя и сел вместо него на престол. После того события контакты между катарским правящим домом и экстремистами-джихадистами из «Аль-Каиды» (террористическая организация, запрещённая в РФ) и аффилированными с ней группировками стали  приобретать весьма интенсивный характер. Это во-первых.

Во-вторых, Катар испытывал нечто вроде комплекса неполноценности, какой испытывают обычно люди с малым ростом и большими амбициями, не сумевшие в своё время подняться до административных или социальных высот. Примерно так случилось и с Катаром.

Небольшой по площади и населению (территория много меньше отдельных американских штатов, а население едва превышает 300 тысяч человек), но жутко богатый эмират (запасы нефти и газа обеспечивают один из самых высоких доходов в мире на душу населения - свыше 90 тыс. долларов год) присоединился к семье независимых арабских государств всего полвека назад и при всех своих фантастических доходах никак не мог претендовать на лидерские позиции в Арабском мире. Между тем политические амбиции Катара зашкаливали, били фонтаном и не давали спокойно спать катарским правителям, которые ещё несколько десятилетий назад пришли к выводу о том, что можно использовать исламистов для борьбы с неугодными Дохе режимами.

По-настоящему «золотой век» для подобных игр наступил для Дохи и Анкары после того, как арабский мир захлестнула «арабская весна». На политическую арену как черти из табакерки стали выходить махровые экстремистские организации, сначала аффилированные с запрещёнными в РФ «Аль-Каидой» и «Братьями-мусульманами» (здесь и далее террористическая организация, запрещённая в РФ), а затем и с «Исламским  государством» (террористическая организация, запрещённая в РФ). С помощью этих группировок Турция и Катар грубо вмешивались во внутренние дела таких независимых государств, как Тунис, Йемен, Алжир, Иордания, Ирак, Египет, Саудовская Аравия, ОАЭ и др. Турецкие и катарские спецслужбы пытались играть ключевую роль в определении их внешней и внутренней политики.  

В Ливии, например, они полностью разрушили некогда единое и процветавшее государство, уничтожили его законного лидера, превратили страну в оплот радикалов. В Египте отстранили от власти президента Мубарака, навязали правление «Братьев-мусульман». В Сирии события могли бы повторить ливийский сценарий, если бы в них не вмешались российские Военно-космические силы, сумевшие предотвратить свержение президента Башара Асада и захват страны протурецкими и прокатарскими джихадистскими группировками.

Понадобилось немало времени для того, чтобы здоровые силы в Египте, Ливии, Тунисе, Сирии, других странах сумели нанести удары по турецкой и катарской агентуре, однако до конца очистить от неё свои страны, в частности, Ливии, Тунису и некоторым другим не удалось. Катар в тот период, как правило, действовал в связке с Турцией, и потратил на подрывные цели в арабских странах сотни миллионов долларов. Всё же в той борьбе эмират понёс серьёзные потери, в основном политического, экономического и финансового характера, но своих целей так и не добился. Сыграла свою роль и продолжавшаяся в 2017-2021 гг. блокада против Катара, которую организовали Саудовская Аравия, Бахрейн, Египет и ОАЭ.

Пока не ясно до конца, послужило ли противоборство Катара и его критиков в Саудовской Аравии, ОАЭ и Египте настолько хорошим уроком для Дохи, что она готова прекратить, или, по крайне мере, заметно сбавить обороты своей подрывной работы против Каира, Эр-Рияда и Абу-Даби. Это крайне важно для страны, которая собирается в следующем году принимать у себя Чемпионат мира по футболу, между тем как отношения ещё далеко не нормализованы в полном объёме ни с одним из перечисленных государств.