Вашингтон и Москва: два подхода к контролю над вооружениями

План «Маршалла»

Хотя таких действующих договорных актов в мире насчитывается свыше  десятка, этот «специалист» по контролю над вооружениями, доселе не имевший никакого опыта в названной сфере, упомянул только две двусторонние договорённости, заключённые между Вашингтоном и Москвой, а также два многосторонних договорных акта, якобы нарушенные российской стороной. В их числе были названы: Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), двусторонние добровольные российско-американские «президентские инициативы» 1991-1992 годов, Конвенция о запрещении химического оружия (КЗХО) и Договор об обычных вооружённых силах в Европе (ДОВСЕ).

То есть никаких «почти всех договоров» в этом списке и не набралось. А только четыре.

Этот высокопоставленный представитель США также обвинил Россию в принятии «крайне провокационной» ядерной доктрины, очевидно, имея в виду одобренный в июне текущего года документ «Об Основах государственной политики Российской Федерации в области ядерного сдерживания», которая, по его словам, якобы подразумевает применение ядерного оружия в рамках «эскалации ради победы».

Он подверг критике и сохранение в России тактического ядерного оружия, словно его нет в американском ядерном арсенале и как будто Москва ни разу не ставила вопрос о его полном выводе из Европы, где Пентагон развернул его почти 70 лет тому назад. Сразу же заметим: российское ядерное оружие тактического назначения за пределами России уже давно не размещается. К середине 1990-х годов оно было полностью и безвозвратно вывезено из Белоруссии, Казахстана и Украины на российскую территорию.

Маршалл Биллингсли, который ранее приглянулся президенту Дональду Трампу и как сторонник введения жёстких торгово-экономических санкций в отношении России, и как «специалист по борьбе с терроризмом», одновременно обвинил Москву в регулярном проведении военных учений, в ходе которых якобы отрабатывается условное применение тактического ядерного оружия против европейских государств-членов НАТО. Но доказательств этого он так и не привёл.

С другой стороны, широко известно, что Соединённые Штаты уже давно перешли на проведение комбинированных военных учений, которые начинаются с использования обычных видов вооружений, а затем постепенно трансформируются в военные учения с условным применением не только тактического, но и стратегического ядерного оружия в отношении России и стран, входящих в Организацию Договора о коллективной безопасности. Были зафиксированы случаи неоднократного появления американских тяжёлых стратегических бомбардировщиков, сертифицированных под доставку ядерного оружия, недалеко от российских рубежей на Дальнем Востоке, а также в районах Баренцева, Балтийского и Чёрного морей.

Что касается ДРСМД, то не Россия, а именно США за последние 20 лет до его денонсации в августе 2019 года нарушили этот договор 117 раз, когда при проверке эффективности глобальной системы ПРО они реально использовали в качестве ракет-мишеней ракеты средней и меньшей дальности, запрещённые этим договорным актом. Нарушений этого договора российской стороной не было. А российская ракета 9М729, на которую ссылаются в Пентагоне как на «ракету-нарушитель», никак не подпадала и не подпадает под определения этой договорённости, поскольку не входила и не входит в параметры ракет даже меньшей дальности с дальностью стрельбы от 500 до 1.000 км.

Российская Федерация полностью выполнила «президентские инициативы» 1991-1992 годов: она добровольно, вне всякого переговорного процесса на три четверти сократила количество своих тактических ядерных боезарядов. Оставляя в Европе ядерное оружие тактического назначения, США сами нарушили смысл своей собственной «президентской инициативы» Джорджа Буша-старшего, выдвинутой им в 1991-1992 годы.

Дональд Трамп твёрдо заявил, что не будет обсуждать с Россией проблематику ПРО.

Бездоказательные обвинения

Новоявленный специальный представитель президента США по контролю над вооружениями упомянул о «причастности» России к «несоблюдению» КЗХО в связи с отравлениями отца и дочери Скрипалей в английском городке Солсбери в 2018 году неким нервно-паралитическим веществом «Новичок», который не производится в России. Российская сторона вообще не имела к этому эпизоду никакого отношения, поскольку к отравлению Сергея и Юлии Скрипаль были причастны британские или американские спецслужбы, которые могли использовать отравляющее вещество, скорее всего, произведённое в секретной химической лаборатории в британском городе Порт-он-Даун, что недалеко от Солсбери.

Что же касается названной международной конвенции по химическому оружию, то именно Вашингтон в нарушение её уже не раз снабжал террористов, действующих на сирийской территории, некоторыми видами боевых отравляющих веществ, а также приостановил ликвидацию огромных запасов собственного химического оружия, несмотря на ранее взятые на себя обязательства, ссылаясь на отсутствие денежных средств на его утилизацию.

Что касается ДОВСЕ, то американская сторона и остальные участники этой договорённости, входящие в военный блок НАТО, вообще отказались ратифицировать Соглашение о его адаптации 1999 года - в отличие от России, которая сделала это. Именно по вине западных участников эта договорённость так и не стала реальностью.

Затронув тему «понижения порога применения ядерного оружия» российской стороной, Маршалл Биллингсли не привёл никаких конкретных доказательств по этому поводу. Таковые просто отсутствуют. Их нет ни в «ядерном разделе» действующей Военной доктрины России 2014 года. Нет их и в упоминавшихся Основах её государственной политики в области ядерного сдерживания 2020 года.

В частности, в последнем документе указано, что применение ядерного оружия Российской Федерацией является крайним и вынужденным средством. Это может произойти только в ответ на определённые враждебные действия потенциального противника, когда он применит против  России и (или) её союзников ядерное оружие и другие виды оружия массового поражения, а также в случае совершения агрессии против неё с применением обычного оружия, «когда под угрозу поставлено само существование государства».

Об определённой открытости российской стороны в плане потенциального использования ядерного оружия говорит положение Основ её государственной политики в области ядерного сдерживания о том, что президент страны может при необходимости проинформировать военно-политическое руководство других государств и международные организации о готовности российской стороны применить ядерное оружие, то есть ещё до его применения, или о принятом решении о его применении. Разве это понижение порога применения ядерного оружия? Такое положение свидетельствует о том, что Москва ещё не раз подумает, прежде чем нажать кнопку «пуск» собственных ракетно-ядерных средств.

В связи с изложенными обстоятельствами уместен вопрос и к американской стороне: а как она в настоящее время относится к проблеме обеспечения контроля над вооружениями в целом и к 13 двусторонним и многосторонним договорным актам в этой сфере в частности? 

Белый дом стал рекордсменом по уничтожению договоров

Если говорить о восприятии такой проблемы в общем, то нынешняя администрация США демонстрирует к ней крайне отрицательное отношение. Она в одностороннем порядке вышла из иранской ядерной сделки, денонсировала ДРСМД и международный Договор о торговле оружием, объявила о готовности выйти из Договора по открытому небу, напрочь отказалась ратифицировать Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний и проявляет явное нежелание продлить срок действия Договора о сокращении СНВ (Договор СНВ-3).

Одновременно администрация Дональда Трампа не желает распространить положения российско-американского Соглашения о предотвращении инцидентов в открытом море за внешним пределом территориальных вод и в воздушном пространстве над ним на подводные лодки сторон, находящиеся в подводном положении. Это предложение российской стороны призвано исключить возможные столкновения субмарин сторон в погружённом состоянии, что имело место по вине Пентагона, который ранее направлял свои подводные ракетоносцы и ударные подводные лодки в зону боевой подготовки российского Северного флота.

Республиканская администрация Соединённых Штатов также не хочет слышать о возможности подписания Договора о европейской безопасности и Договора о предотвращении размещения оружия в космосе, оба проекта которых уже давно подготовлены и доведены до мировой общественности.

Этот список вполне даёт основания включить президента США Дональда Трампа в «Книгу рекордов Гиннесса» как своеобразного рекордсмена по уничтожению договоров в сфере контроля над вооружениями. Поскольку ни один американский президент не разрушил столько международных договорённостей в названной области, сколько разорвал нынешний республиканский президент за первый четырёхлетний срок своего правления.

Принятая в 2018 году новая американская ядерная стратегия действительно понизила порог применения ядерного оружия США. Причём, резко. Иными словами, она повысила шансы и условия его использования практически в любой точке земного шара. Это может произойти в любой момент по указанию только одного человека в стране - президента Соединённых Штатов. Ядерная стратегия Дональда Трампа имеет 14 оснований применения ядерного орудия, часть из которых содержит нарочито составленные туманные формулировки, которые позволяют ядерным силам страны, например, нанести первый ядерный удар в случае неких «технологических прорывов», которых добились отдельные государства.

Для сравнения: его предшественник на посту главы государства Барак Обама включал в свою ядерную стратегию шесть оснований для применения ядерного оружия, то есть приблизительно в два раза меньше.

О понижении порога применения ядерного оружия Соединёнными Штатами говорит тот факт, что они установили ядерные боезаряды малой мощности W76-2 на атомную подводную лодку «Теннесси», которая уже выходила на боевое патрулирование в Мировой океан. О возможности применения подобных ядерных боезарядов свидетельствует и действующая ядерная стратегия США. Ядерные боезаряды малой мощности будут установлены и на новую американскую корректируемую ядерную авиабомбу В61-12, которая скоро должна быть принята на вооружение.

В прошлом году президент Дональд Трамп выдвинул идею-призыв проявления «нового» подхода к проблеме контроля над вооружениями. Но в чем состоит эта новация? Никто - ни он, ни его «специалисты по контролю над вооружениями» так и не смогли разъяснить эту инициативу. Скорее всего, такая идея была вброшена Вашингтоном с целью информационно-пропагандистского прикрытия заведённого им в глухой тупик всего процесса контроля над вооружениями.

До сих пор нет даже ясности в том, по какой причине администрация нынешнего хозяина Белого дома отказывается ещё раз подтвердить формулировку, которая представляется понятной даже людям, не являющимся специалистами в сфере ракетно-ядерных вооружений: «Ядерная война не может быть развязана, так как в ней не будет победителей». Следует напомнить, что это красноречивое высказывание впервые озвучил именно президент Рональд Рейган - такой же ставленник Республиканской партии, как и сам Дональд Трамп. Впоследствии эту максиму публично поддержал и Михаил Горбачёв. Сейчас её вновь готово подтвердить и нынешнее российское руководство. Соответствующее предложение Москвы было передано американской стороне ещё в прошлом году. Но из Вашингтона до сих пор нет никакого внятного ответа.

Складывается впечатление, что заявления Маршалла Биллингсли на тему контроля над вооружениями были сделаны в качестве средства информационно-политического давления на российскую сторону в преддверии очередного раунда российско-американских консультаций по стратегической стабильности, которые Вашингтон упорно квалифицирует как консультации по стратегической «безопасности», имея в виду обеспечение своей собственной безопасности в одностороннем порядке, которая не признаёт принцип равенства, равной безопасности и стратегического равновесия между двумя ядерными державами.

Уже давно существуют два практических вопроса к американской стороне, которые представляются далеко не праздными.

Первый вопрос: интересно, когда же там появятся реальные специалисты по контролю над вооружениями, способные генерировать действительно «новые» подходы к этой проблематике?

Второй вопрос: когда Соединённые Штаты перестанут огульно обвинять других в том, что инициативно натворили сами в этой чувствительной и важной сфере, от степени прогресса в которой зависит и характер военно-политических отношений между Москвой и Вашингтоном, да и судьба мира в целом?